Обретение

и Ойла отлично владеют навыками Воды. Что молчаливая и русоволосая Бейра очень любит петь, а бледнокожая и одухотворенная Терри по вечерам сочиняет какие-то рассказы. Айра легко общалась с Бимбом и Бомбом, оказавшимися на поверку завзятыми спорщиками, всегда гораздыми на всякие каверзы. Убедилась, что почти за каждую гадость, устроенную девчонкам, вроде подброшенных в окно лягушек или полчищ мокриц в бассейне, или напущенных вечером в коридоры комаров, были ответственны именно они. Иногда в этих проказах участвовал Эйл, очень редко — Вег (еще один лигериец, чем-то похожий на Бриера). Порой к ним присоединялся кто-то еще из мальчишек, но никогда в этом не были замечены Хорт или Рью. Хорт — по причине спокойного характера, вечной неторопливости, некоторой склонности к тугодумству и откровенно тяжеловатой походки, благодаря которой никак не успевал бы вовремя покинуть место преступления. А Рью, как истинный карашэхец, имел твердые принципы, невозмутимое выражение лица и поистине нечеловеческое спокойствие, с которым выносил даже шутки, относящиеся к нему самому.
С преподавателями все тоже шло удивительно гладко.
Лер Огэ больше не усердствовал на опросах — видимо, впечатлившись первым неудачным опытом. Вредина Зорг больше не пытался влезть на скамью, от радости выставив торчком все свои иголки. Кер, как правило, его не гонял, но когда наглый ящер подбирался к хозяйке слишком близко, все же иногда напоминал о приличиях и заставлял улечься не на ее ноги, а рядом. Или вообще красноречиво указывал на преподавательский стол, куда пристыженный дракон с обиженным видом и уползал. Однако на следующий день все повторялось с точностью до последнего жеста, потому что Зорг был на редкость упрям, и, в конце концов, Айра перестала обращать на него какое бы то ни было внимание.
С леди Белламорой она и раньше не испытывала никаких проблем. Не возникло их и теперь — Грозовая Леди никогда не делала различий в поле и уровне происхождения своих учеников. За провинности все получали совершенно одинаковое наказание. За правильные ответы, впрочем, такое же одинаковое вознаграждение, так что Айра и тут осталась на хорошем счету, ничего не потеряв в формуляре.
Лер Иберия в первый же день при виде новой ученицы так искреннее обрадовался, что даже отменил обязательный каждодневный опрос, посвятив первую половину занятия воспоминаниям своей бурной молодости и тому, что всячески веселил расслабившихся учеников. За что Айра потом еще два дня ходила в настоящих героинях и осыпалась щедрыми комплиментами, пополам с требованием еще раз повторить такое безобразие. Конечно, лер Иберия смягчился только на первый раз, потому что был незлым и отзывчивым человеком. Однако лености он тоже не спускал и уже на следующий урок пообещал подойти к этому вопросу со всей строгостью. Но, поскольку именно к тому самому, первому, уроку почти никто из класса не подготовился (в связи с тем, что как раз отмечали переход новой подруги на второй курс), то ребята все равно потом смотрели на нее с особой благодарностью и признательностью. А про себя с гордостью сознавали — до ее появления таких беспечных уроков у них еще ни разу не было.
Госпожа дер Вага, которую Айра и без того видела в Оранжерее почти каждый день, тоже не стремилась на занятиях досконально выяснять то, что успела выучить ее послушная помощница. Просто потому, что по вечерам, когда она исправно появлялась на грядках, грозная травница успевала и ее порасспросить, и о себе порассказать, и на пару с Айрой перепачкаться с головы до ног в земле, чтобы потом расстроено всплеснуть руками и ни с того ни с чего умчаться по каким-то срочным делам. Впрочем, дела у нее всегда были срочными, так что Айра уже даже не удивлялась. Только деликатно напоминала, что у наставницы, дескать, руки в соке калликорна, так что пусть она сегодня лучше ни до кого не дотрагивается.
Господина де Сигона она видела лишь однажды — в самый первый день своего нового статуса. С лером ля Роже уже на следующий урок (по слезной просьбе друзей) затеяла долгий философский спор на тему возникновения Зандокара и возможных путей образования Занда. Этим, разумеется, спасла не одну ученическую жизнь и во время обеда удостоилась торжественного посвящения в «смелую героиню, что ратует за други своя».
Занятия по трасфигурации, некромантии и демонологии, как оказалось, у второго курса начинались лишь со второго полугодия. По той же причине только тогда в класс постепенно вводились молодые виары и вампы. Так что и с этой стороны ее пока не тревожили.
Директор Альварис все еще пребывал где-то очень далеко, по делам Совета. Викран дер Соллен тоже пока охотился на неизвестного мага в необозримой дали, и мысли о нем маячили на самой границе