Обретение

потянуть суставы, раскрутить, разогреть. Потом — поясницу, шею, ноги и руки. Затем принять одну стойку… лучше всего «всадника»… присесть как можно ниже на расставленных в стороны ногах, вытянуть вперед руки и плавно начать движение, постепенно перетекая из одного положения в другое. Стать водой, стать подвижной ртутью, ощутить в теле приятную истому…
Болезненный удар по бедру стал для нее полной неожиданностью.
Айра тихо охнула, покачнулась и едва не упала, потому что нога онемела до самого паха. А потом неверяще вскинула голову и судорожно вздохнула.
— Ниже, — властно потребовал маг, отводя в сторону невесть откуда взявшуюся длинную палку, и девушка с дрожью подчинилась. — Еще ниже! Так, чтобы бедро стало параллельно полу!
Она, с трудом дыша от накатившей ярости, сделала, как он велел. Потом почувствовала, как напрягся на шее Кер, и мстительно подумала о том, что было бы неплохо, если бы малыш стал уже достаточно силен, чтобы…
— Нет, — внезапно отступил маг и указал палкой на встопорщившего шерсть крыса. — Ты — в сторону. Ты ей мешаешь.
Айра на секунду прикрыла глаза, чтобы не выдать себя лиловым блеском, запоздало вспомнила о том, что решила поберечь преданного друга от этого чудовища. Глубоко вдохнула, стараясь успокоиться и мысленно успокаивая Кера, а потом подняла руки, осторожно сняла его на пол и тихо велела:
— Ступай.
«Пожалуйста, малыш, ступай. Сейчас еще нельзя: ты слишком слаб».
Крыс тут же ужался и жалобно пискнул.
— Иди, — еще тише приказала Айра, старательно сдерживая закипающий гнев. — Пожалуйста, Кер. Иди.
Викран дер Соллен молча указал на стойку с оружием, которую мог видеть с любой точки зала и от которой недовольный зверь просто не успеет незаметно напасть. Внимательно проследил за тем, как сердито сопящий крыс взобрался на самый верх, удовлетворенно кивнул и снова повернулся к немного успокоившейся ученице.
— Продолжай.
Айра, тщательно считая про себя вдохи и выдохи, чтобы не сорваться, послушно продолжила, стараясь вспомнить и поймать тот таинственный ритм, которому ее пытался обучить Бриер. Это должно было быть неподвластное внешним бурям состояние покоя. Умиротворение. Спокойная уверенность. Как нерушимая скала, о которую разбиваются волны ярости. Как неподвижный утес, которому нет дела до суетящихся вокруг него чаек. Как столетняя сосна в окружении робкого кустарника. Как прозрачное небо. Как высокое солнце. Как свободный ветер в вышине и как бескрайнее море, в котором никогда не бывает бурь.
Она старалась. Действительно старалась припомнить все, о чем ей говорили. Старалась правильно дышать, не думать о постороннем. Старалась быть плавной и текучей, как вода, подвижной и гибкой, как ласка. Старалась почувствовать, как тянутся мышцы, как гнется тело, подчиняясь твердой воле и мерному ритму биения ее сердца. Старалась не замечать ничего вокруг и не думать о том, что за ней наблюдают. Но это было трудно. Дьявольски трудно, когда то и дело тебе рывком сдвигают ногу или чувствительным ударом заставляют неметь руку до самого плеча. Когда над ухом то и дело раздается ровный бесстрастный голос, требующий прогнуться дальше или присесть ниже. Когда то слева, то справа слышатся звуки чужих шагов, а на прикрытые веки ложится густая тень, от которой уже не знаешь, что ждать — то ли пройдет мимо, то ли снова ударит.
Потом ей пришлось сесть на пол, который, к счастью, уже не казался холодным. Затем — лечь, чтобы продолжить упражнения. Заметно разогревшись и чаще задышав, Айра больше не чувствовала дискомфорта. Но она знала — стоит только замедлиться, стоит лишь замереть на пару минут, как этот холод вернется вновь и начнет пробирать до костей. Поэтому она продолжала разминку, выкладываясь так, как редко получалось даже с Бриером.
Неожиданно ей в спину ткнулось что-то острое.
— Глубже, — велел маг, уперев между лопаток палку.
Лежа на полу, она с натугой прогнулась так, что голова откинулась далеко назад, оставив живот плотно прижатым к полу, а затылком пыталась достать до ягодиц. Прогнулась так, что едва не заскрипела, но ему этого показалось мало — наставник вдруг без предупреждения наступил ей коленом на поясницу, а рукой запрокинул голову так, что Айра едва не задохнулась. Причем тут была виновата не только резкая боль — пытаясь сломать ее пополам, учитель с такой силой нажал под подбородок, что у нее свет в глазах померк, а в ушах бешено застучала кровь.
— Еще глубже! — вдруг рявкнул над ухом маг, и Айра, почти теряя сознание, прогнулась еще на волосок. А потом со стоном рухнула обратно, не успев понять, в какой же момент он ее отпустил. — Поднимайся!
Она закашлялась, прижимаясь щекой к холодному