Обсидиановая бабочка

старая пословица, есть только один способ узнать.

Я припарковалась на пустой стоянке двумя кварталами дальше и за углом от бара. Рамирес поставил машину рядом и вместе с патрульным, полисменом Ригби, направился к нам. Ригби был среднего роста, хорошо сложен и двигался с грацией тренированного человека. Он держался с небрежной уверенностью, готовый улыбнуться до самых ушей. Ему было более чем уютно в собственной коже, словно его ничего по-настоящему не трогало. Обычно у полисмена такой вид, будто его выстирали в машине и он высох вместе с одеждой. С виду он был старше меня, а глаза его выглядели моложе, что меня несколько возмущало.
Рамирес, пока ехал, запросил информацию на Никандро Бако, он же Ники Бако. Подозревался в убийствах, но свидетели имели странное обыкновение исчезать или забывать, что видели. Связан с местной бан… извините, клубом байкеров. Сейчас банды байкеров предпочитают более политкорректное название клуба, как объяснил Рамирес. Здешний «клуб» носил название «Лос Лобос».
– Не путать с одноименной музыкальной группой, – уточнил Рамирес.
Я заморгала, потом поняла шутку.
– А, «Лос Лобос», группа.
Он посмотрел на меня:
– Тебя что-то беспокоит?
Я мотнула головой. Даже за два квартала я ощущала прикосновение магии Бако. Я бы могла поспорить, что, если не пожалеть времени, можно найти в округе наложенные там и тут заклинания, чары, ограды. Но вряд ли Бако уже знает о моем присутствии. Я так сильно его ощущаю, наверное, по одной только причине – я в самой середине какого-то заклинания. Чары были рассеяны по окрестности и создавали ощущение некоторой тревожности. Он, видимо, в буквальном смысле слова вышвыривал отсюда любые заведения. Что незаконно, равно как и неэтично. Вот только зачем ему нужно было разрушать экономику района в округе собственного бара, для меня было загадкой. Как-нибудь разберусь. Но сначала убийства и хаос, а махинации с недвижимостью потом. Иногда приходится выбирать, чем заняться в первую очередь.
– «Лобос» – группка маленькая и местная, но репутация у них плохая, – сказал Рамирес.
– Насколько плохая? – спросила я.
– Торговля наркотиками, убийства, заказные убийства, разбойные нападения, разбойные нападения со смертельным исходом, покушения на убийство, изнасилования, похищения.
– Похищения? – удивился Бернардо. Будто вполне ожидал всех предыдущих преступлений, но не этого.
Рамирес посмотрел на него, и глаза его из дружелюбных стали холодными. Почему-то Бернардо ему не нравился.
– Мы полагаем, что они похитили девушку-подростка, но никто из них нигде не прокололся, девушка больше не появлялась, а единственный свидетель видел только, как ее волокли к фургону, очень похожему на тот, который был тогда у вожака банды Роланда Санчеса. Но серые фургоны есть у многих.
– А много молодых девчонок пропало здесь без вести? – спросила я.
– Сколько и всюду. Нет, мы не заметили какой-то системы, чтобы банда похищала девушек регулярно. Я не хочу сказать, что они этого не делают, но в привычку это не вошло.
– Приятно слышать, – сказала я.
Рамирес улыбнулся:
– Ты вооружена, и… – Он протянул мне миниатюрный сотовый телефон. – Нажми вот эту кнопку, и он вызовет вот этот телефон. – Рамирес поднял руку, где был такой же аппарат. – И мы с Ригби прибежим на помощь.
Я глянула на Ригби, и он действительно приложил руку к полям шляпы:
– К вашим услугам, мэм!
Мэм? Либо он лет на пять моложе, чем кажется, либо обращается так ко всем женщинам. Я отвернулась от его безмятежных глаз и посмотрела на Рамиреса. У него глаза были добрые, но не безмятежные. Он слишком много видел жизни, чтобы быть по-настоящему спокойным. Его глаза понравились мне больше.
– Ты же не собираешься убеждать нас с Бернардо идти в бар только вдвоем?
– Мы подозреваем Бако в убийствах с помощью магии. Это автоматически означает смертный приговор. Если он учует след полиции, тут же поднимет шум и начнет требовать адвоката. Если хочешь получить от него информацию, тебе придется изображать штатскую. Но если ты хочешь пойти туда без Бернардо и вообще без сопровождения мужчины, тут я возражу.
Я нахмурилась:
– Я могу сама о себе позаботиться.
Он покачал головой:
– В мире, которым правит эта шайка, женщины существуют лишь посредством мужчин.
Я нахмурилась:
– Что-то я не поняла.
– Любая женщина – либо чья-то мать, либо жена, сестра, подруга, любовница. Иначе они совершенно не будут знать, куда тебя определить, Анита. Так что зайди как подружка Бернардо. – Он поднял руку, не давая