Случилось же такое чудо на Новый Год: попала в другой мир. И не важно, что была возможность загнуться от голода, главное, что случилось невероятное! А то, что даже тут придётся учиться, так это ерунда, зато такие возможности появляются!..
Авторы: Кустинская Алёна Олеговна
Демон.
— Уверен?
— Она сама кого хочешь уведёт, — Бес заржал.
И вот во время этого крайне занимательного диалога я стояла посреди комнаты, словно статуя самой себе, и думала, что ректора я ночью подушкой всё-таки задушу.
«Не будь такой кровожадной», — в мыслях Бес был как никогда серьёзен, хотя сейчас ржал со всеми и на меня практически не смотрел.
«Ага, конечно. Как только отомстю ректору за эту подлянку, так я сразу стану миленькой и послушной», — хмыкнула. Бес мысленно покачал головой и улыбнулся.
«Он ни в чём не виноват. Тем более, ты — девушка, а ведёшь себя как пацан, пора взрослеть.»
«Рано ещё», — буркнула. Блин, что-то я его совсем не узнаю. Где моя безбашенная рыжая скотина?!
«Не надо обзываться», — он хмыкнул.
«Ты что, мои мысли всегда слышишь?» — поражённо воскликнула. Мысленно, конечно же.
«В последнее время — да.»
В голове постоилась многоэтажная матерная конструкция. Бес, что только что ржал без умолку, чуть покраснел и поражённо посмотрел на меня. Я развела руки в стороны, как бы извиняясь за своё воспитание.
— Скоро там этот конкурс? — спросила, скидывая туфли. Уф, как легче жить стало! Наконец спустилась на землю.
Призрак оторвался от созерцания меня и посмотрел на часы.
— Через три часа и семнадцать минут. Уже шестнадцать.
— Как время-то летит!
***
Всё происходило в бальной зале. В дальнем конце помещения сделали большой подиум, куда должны были выходить все претендентки на звание «Леди ВУМЗа».
Сейчас же мы все находились в соседней комнате, тихо нервничая перед началом. Видеть мы ничего не могли, но прекрасно слышали голос ректора, ведущего этого мероприятия.
— Дорогие друзья, — вещал ректор, — как вы все знаете, в нашем заведении раз в десять лет проводится конкурс «Леди ВУМЗа». Кому-то не посчастливилось и он не попал на конкурс, а кто-то, как вы, вовремя пришёл учиться, — он издал смешок. — В конкурсе участвует по одной девушке из каждого септима, если таковая имеется в команде. Всего пять конкурсов. Суть сегодняшнего — показать себя с лучшей стороны, то есть рассказать о себе любимой, — снова смешок, которому вторит ржач из зала. — Девушки волнуются, так что попрошу воздержаться от лишних выкриков и неприличных замечаний, а то… — и это многозначительное «а то» подавило всё желание делать пакости. — А теперь, девушки, прошу.
Нас начали поочереди вызывать на сцену. Уж не знаю, как они там решали, кто должен выйти, но меня позвали последней.
Выходила я с опаской, в груди неприятно похолодело. Не люблю сцены, особенно такие. Появляется такое чувство, будто ты лишь букашка под микроскопом, которую пытается рассмотреть учёный. Вот в компании или на барной стойке перед пьяным сбродом в таверне — совсем другое дело. Там все только слушают или просто игнорируют, а самим музыкантом не интересуются (зачастую). А если и интересуются, то можно врезать по морде, и интерес пропадет.
В общем, дошла я до центра сцены широкими шагами и очень быстро, желая, чтобы это побыстрее закончилось. И ведь отвлечься не на что, плеер с собой я брать не решилась, так как знала, что если отвлекусь на музыку, то уже не услышу, что говорят окружающие. Вернее, услышу, но не осознаю сказанное.
На сцене уже сидели в креслах, что поставили перед зрителями, остальные девушки. Они уже рассказали о себе, показали себя со всех сторон и были спокойны. Кто-то кокетливо хлопал ресничками (большинство), сложив ручки на коленях, парочка закинула ногу на ногу, кто-то положил руки на подлокотники. И у всех были прямые спины, словно у них к спинам доски прибиты. Бр-р, жуть.
Но и мне пришлось держать спину прямо и вилять попой, как полноценная девушка, а не идти вперевалочку, чуть ссутулившись, как мне удобно.
Подойдя к ректору, который стоял за такой же штучкой, как и у Маслякова, только без надписи «КВН» и немного другого дизайна, приняла из его рук артефакт наподобие нашего микрофона. Надо было представиться, описать свои увлечения и умения. Вздохнула горько-горько и начала рассказ.
— Как вы все знаете, моё прозвище — Смерть. Я из «Адептов Ада», — голос звучал уверенно, взгляд уткнулся в противоположную стену, очертания которой терялись в полумраке зала, но так и хотелось ссутулиться и закрыть глаза, чтобы не видеть скрещенных на мне взглядов окружающих. Нашу команду знала вся школа, так что интерес проснулся у всех мгновенно. — Мне двадцать один год. Большая, в общем, — в зале послышались смешки. — Увлечений у меня масса, но опишу лишь парочку, чтобы не утомлять вас длинным рассказом. Я думаю, вам хватило длинных речей остальных участниц, — хмыкнула. Зал тихо внимал.
