В течение двух лет Кэтрин Маркс была компаньонкой сестёр Хатауэй – достойная должность, с одним недостатком. Старший брат ее подопечных, Лео Хатауэй, абсолютно невыносим. Кэт не догадывается, что их постоянные ссоры таят за собой взаимную симпатию.
Авторы: Клейпас Лиза
коснулась земли, она оказалась лицом к лицу с Лео. Она подняла голову, край шляпки бросал тень на ее глаза.
Они были совсем близко друг от друга, ее руки лежали на его плечах. Румянец бросился ей в лицо, губы приоткрылись… внезапно Лео понял, каково это будет: оказаться в постели с Маркс, заниматься с ней любовью. Её тело под ним такое легкое и гибкое, ее неровное дыхание, вдохи, когда он двигается между ее бедер. Вот он доводит ее до экстаза, медленно и неумолимо, а она царапается, стонет и едва слышно произносит его имя.
– Вот и он, – выговорила Кэтрин, – ваш родовой замок.
Оторвав от нее взгляд, Рэмси посмотрел на то, что осталось от замка.
– Очаровательно, – заметил он, – немного подмести и стереть пыль, и замок будет как новый.
– Вы согласитесь с замыслом ваших близких найти вам подходящую невесту?
– Думаете, стоит?
– Нет, не думаю, что у вас задатки примерного супруга. Не тот у вас характер.
У Лео было такое же мнение по этому поводу. Однако ему было больно услышать это от Кэтрин.
– И что заставляет вас так думать о моем характере?
Чувствуя себя неловко, Кэтрин пожала плечами.
– Сложно не узнать о ваших подвигах, когда все вдовушки и замужние дамы на балах только об этом и говорят между собой.
– Понятно. А вы верите всем слухам, которые до вас долетают?
Она промолчала. Лео ожидал, что она начнет с ним спорить или оскорбит его. К удивлению виконта, девушка пристально на него посмотрела, и в ее глазах мелькнуло раскаяние.
– Вы правы. Не имеет значение, насколько правдивы эти слухи, с моей стороны было нечестно прислушиваться к ним.
Лео ждал, что Кэтрин сопроводит эти слова каким–нибудь язвительным замечанием, но, казалось, она искренне раскаивалась. Это было удивительно, и заставило его понять, как мало он знает о ней, этой одинокой, серьёзной девушке, которая уже долгое время ютилась на задворках его семьи.
– Что же обо мне сплетничают? – спросил он небрежно.
Кэтрин покосилась в его сторону.
– Слишком восхваляют ваши подвиги на любовном поприще.
– О, ну, в общем, эти слухи определенно правдивы. – Лео поцокал языком, изображая потрясение. – Вдовы и компаньонки и в самом деле судачат о подобных вещах?
Тонкие брови девушки выгнулись.
– А как вы думаете, о чём они беседуют?
– О вязании. Рецептах желе.
Она покачала головой и спрятала улыбку.
– Насколько должно быть это утомительно для вас, – сказал Лео. – Стоять в сторонке, слушая сплетни и наблюдая, как все танцуют.
– Я не против. Мне не нравится танцевать.
– Вы когда–нибудь танцевали с мужчиной?
– Нет, – призналась девушка.
– Тогда, как вы можете утверждать, что вам это не нравится?
– У меня может быть мнение и о том, чего я не испробовала.
– Конечно. Ведь намного проще составить мнение, не обременяя себя опытом и изучением фактов.
Кэтрин нахмурилась, но промолчала.
– Вы подали мне идею, Маркс, – продолжил Лео, – Я позволю своим сестрам устроить бал, о котором они упоминали ранее. Лишь по одной причине: в разгар этого события я подойду к вам и приглашу на танец. Перед всеми.
Девушка выглядела потрясённой.
– Я откажусь.
– Я буду настаивать.
– Чтобы сделать из меня посмешище, – сказала она. – И выставить нас обоих дураками.
– Нет. – мягко ответил Лео. – Только, чтобы танцевать, Маркс.
Они долго сверлили друг друга глазами.
И вдруг, к удивлению Лео, Кэтрин улыбнулась. Самой сладкой, естественной, ослепительной улыбкой, впервые когда–либо подаренной ему. У Лео стеснило грудь, и его с ног до головы обдало пьянящим жаром, словно под воздействием снадобья, вызывающего прилив воодушевления.
Это было как… счастье.
Он вспомнил это чувство из далекого прошлого. Лео не хотел ощущать его. И всё же головокружительное тепло продолжало омывать Лео по совершенно непонятной причине.
– Спасибо, – всё ещё улыбаясь, сказала Кэтрин, – Очень мило с вашей стороны, милорд. Но я никогда не буду танцевать с вами.
И поставила этими словами новую цель в жизни Лео. Отвернувшись, Кэтрин достала альбом и карандаши из седельной сумки.
– Я не знал, что вы рисуете, – сказал Лео.
– Не очень хорошо.
Он указал на альбом.
– Могу я взглянуть?
– И дать вам повод поиздеваться надо мной?
– Я торжественно обещаю, что не буду. Дайте мне посмотреть. – Лео медленно протянул руку ладонью вверх.
Кэтрин посмотрела на протянутую ладонь, а затем ему в лицо. Неуверенно она отдала ему альбом.
Открыв его, Лео начал разглядывать рисунки. На нескольких из них были изображены руины с разных ракурсов, возможно, слишком тщательно и ученически выполненные в местах, где некоторая раскованность придала бы рисунку большую
