В течение двух лет Кэтрин Маркс была компаньонкой сестёр Хатауэй – достойная должность, с одним недостатком. Старший брат ее подопечных, Лео Хатауэй, абсолютно невыносим. Кэт не догадывается, что их постоянные ссоры таят за собой взаимную симпатию.
Авторы: Клейпас Лиза
деньги у глупцов и пьяниц.
Прежде, чем Уин успела ответить, в гостиную вошёл Меррипен.
– Gadjos отлично умеют всё усложнять, – сказал он, передавая Лео письмо и присаживаясь на небольшой диванчик.
– Что это? – спросил Лео, взглянув на подпись внизу. – Ещё одно письмо от адвоката? Я думал, он старается упростить, а не усложнить наши дела.
– Чем больше он объясняет, – сказал Меррипен, – тем запутанней всё становится. Я цыган, и мне с трудом даётся само понимание права землевладения. Но поместье Рэмси… – он недовольно помотал головой. – Это гордиев узел из соглашений, передач прав собственности, пошлин, оговорок, дополнений и договоров аренды.
– Это оттого, что поместье старое, – мудро заметила Уин. – Чем древнее имение, тем больше времени на то, чтоб всё запуталось, – она бросила взгляд на Лео. – Кстати, я только что узнала, что графиня Рэмси и ее дочь мисс Дарвин желают навестить нас. Мы получили сегодня от них письмо.
– Чёрт возьми! – Лео был в ярости. – С какой целью? Позлорадствовать? Провести опись имущества? У меня есть ещё год, прежде чем они смогут предъявить свои права на поместье.
– Возможно, они хотят объявить перемирие и найти приемлемое для всех решение, – предположила Уин.
Уин всегда была склонна видеть в людях только хорошее и верила, что добродетель является неотъемлемой чертой человеческой природы.
Лео не страдал подобным заблуждением.
– Чёрта с два перемирие, – пробормотал он. – Ей–богу, я уже склоняюсь к женитьбе, только чтобы досадить этой парочке ведьм.
– Есть кто–то на примете? – спросила Уин.
– Ни единой кандидатуры. Но если я когда–нибудь и женюсь, то это будет женщина, которую я точно никогда не полюблю.
Его внимание привлекло движение в дверном проёме – вошла Кэтрин, Лео тайком наблюдал за ней. Она неопределённо улыбнулась, приветствуя присутствующих и обходя взглядом Лео, и прошла к стулу в углу комнаты. Не без досады Лео заметил, что она похудела. Грудь стала меньше, талия – не толще тростинки, а лицо покрылось бледностью. Она намеренно плохо питается? Почему у неё пропал аппетит? Она так себя и до болезни доведёт.
– Ради бога, Маркс, – раздражённо сказал он, – вы становитесь тощей, как берёзовая ветка.
– Лео! – запротестовала Уин.
Кэтрин бросила на него разгневанный взгляд:
– Вообще–то это не мои брюки ушивают.
– Вы выглядите полуживой из–за того, что плохо питаетесь, – продолжал Лео с сердитым видом. – Что с вами происходит? Почему вы не едите?
– Рэмси, – тихо проговорил Меррипен, очевидно решив, что Лео переходит все границы.
Кэтрин быстро встала со стула и пристально посмотрела на Лео.
– Вы задира и лицемер, у вас нет никакого права критиковать мой внешний вид, так что… – она запнулась, подыскивая подходящее выражение. – Да катитесь вы к ядрёной бабушке! – И направилась к выходу, злобно шелестя юбками.
Меррипен и Уин смотрели ей вслед, разинув рты.
– Где это вы нахватались таких выражений? – спросил Лео у гувернантки, следуя прямо за ней.
– У вас, – резко бросила она через плечо.
– Вы хотя бы представляете, что это значит?
– Нет, и мне всё равно. Держитесь от меня подальше!
Пока Кэтрин неслась через дом, а Лео следовал за ней по пятам, ему пришло в голову, что он страстно желал поспорить с ней, искал хоть какого–нибудь общения.
Она выскочила на улицу, обошла почти весь дом, и вскоре они оказались в огороде. В воздухе висел пряный запах согретых солнцем трав.
– Маркс, – сказал он раздражённо. – Я последую за вами и через петрушку, если настаиваете, но мы могли бы остановиться и выяснить всё здесь.
Девушка, с пылающими щеками, резко повернулась к нему:
– Нам нечего обсуждать. За все эти дни вы и слова мне не сказали, а теперь делаете обидные замечания против меня…
– Я не имел намерения вас обидеть. Я просто сказал…
– Я не тощая, жалкий болван! Разве я меньше человек, чем вы, что вы смеете обращаться со мной с таким презрением? Вы самый…
– Простите.
Кэтрин замолчала, тяжело переводя дыхание.
– Я не должен был так разговаривать с вами, – хмуро сказал Лео. – И я не считаю, что вы в меньшей степени человек, чем я. Вы для меня – человек, о благополучии которого я беспокоюсь. Я бы разозлился на любого, кто плохо с вами обращается, а в данном случае, это вы сами. Вы не заботитесь о себе.
– Вы тоже.
Лео открыл было рот для ответа, но вынужден был сразу закрыть его, потому что не смог найти сколько–нибудь подходящего оправдания.
– Каждый день вы работаете до изнеможения, – продолжала Кэтрин. – Вы похудели, по крайней мере, на половину стоуна.
– Новым фермам нужны системы орошения. Лучше меня никто не справится с их разработкой и не осуществит
