В течение двух лет Кэтрин Маркс была компаньонкой сестёр Хатауэй – достойная должность, с одним недостатком. Старший брат ее подопечных, Лео Хатауэй, абсолютно невыносим. Кэт не догадывается, что их постоянные ссоры таят за собой взаимную симпатию.
Авторы: Клейпас Лиза
я буду счастлив. – Его рука скользнула вниз по её телу, большой палец коснулся края интимных завитков. Живот Кэтрин напрягся под его ладонью. Его пальцы двинулись дальше.
– Что ты делаешь? – спросила Кэтрин.
– Помогаю тебе в твоей проблеме. Нет, не благодари меня, мне это не трудно. – Его улыбающиеся губы задели её рот, и он слегка отодвинулся от неё в темноте. – Какое слово ты используешь для этого, любовь моя?
– Для чего?
– Для того сладкого местечка… вот здесь.
Её тело вздрагивало под его нежными ласками. Она почти не могла говорить.
– У меня нет этому названия.
– И как же ты к нему обращаешься?
– Я не обращаюсь!
Он спокойно рассмеялся.
– Зато мне известно несколько слов. Но у французов, что не удивительно, самое подходящее. Le chat .
– Киска? – изумилась Кэт.
– Да, означает как животное из семейства кошачьих, так и самую мягкую часть женщины. Киска. Кошечка. Сладчайший мех… нет, не надо стесняться. Попроси меня погладить тебя.
Слова Лео заставили её дыхание прерваться.
– Милорд, – слабо запротестовала она.
– Попроси, и я все исполню, – повторил он, а его пальцы в это время переместились под её колено, поигрывая там чувствительной кожей.
Она проглотила готовый вырваться стон.
– Проси же, – шепотом уговаривал Лео.
– Пожалуйста.
Лео поцеловал её бедро, его губы были мягкими и горячими, а щетина возбуждающе царапала её нежную кожу.
– Пожалуйста, что?
Вот ведь безнравственный мужчина! Она поёрзала и закрыла лицо руками, хотя они и так находились в полной темноте. Её голос прозвучал глухо, пробиваясь сквозь преграду из пальцев.
– Пожалуйста, погладь меня там.
Прикосновение Лео было таким лёгким, что Кэтрин сначала едва его почувствовала – возбуждающее, дразнящее касание кончиков пальцев.
– Вот так?
– Да, ах, да… – Её бедра приподнялись, приглашая к большему. Он перебирал пальцами её интимные складочки, нежно массируя мягкие изгибы. Опытная ласка довела её тело до дрожащей готовности.
– Что ещё мне сделать? – прошептал Лео, опускаясь ниже, в темноту. Она ощутила его горячее дыхание, коснувшееся её влажной плоти, приятное легкое дуновение. Её бедра выгнулись и напряглись помимо её воли.
– Займись со мной любовью.
– Нет, ты ещё можешь испытывать боль, – кажется, в его голосе прозвучало сожаление.
– Лео, – захныкала она.
– Вместо этого я тебя поцелую? Вот здесь? – Кончик его пальца описал круг.
Глаза Кэтрин расширились в темноте. Ошеломлённая и испытавшая острый прилив возбуждения от такого предложения, она облизала внезапно пересохшие губы.
– Нет… Я не знаю. – Она извивалась, чувствуя на себе его дыхание, ощущая движения его пальцев, мягко, но неуклонно, заставлявших её распадаться на мелкие кусочки. – Да.
– Попроси меня хорошенько.
– Просить тебя… О, я не могу.
Дразнящее движение пальцев неожиданно прекратилось.
– Что ж, тогда, пожалуй, поспим?
Она обхватила его голову руками.
– Нет!
Он остался непреклонен.
– Тогда ты знаешь, как попросить.
Она не могла. Бесстыжие слова застревали в горле, и ей оставалось только стонать от расстройства.
А Лео, этот отвратительный мерзавец, с трудом подавил смешок, уткнувшись в её бедра.
– Я бесконечно рада, что ты находишь это настолько забавным! – в ярости воскликнула Кэтрин.
– О, да, – заверил он её голосом, полным смеха. – О, Маркс, тебе еще так много предстоит узнать.
– Не беспокойся об этом, – вспыхнула она и попыталась откатиться от него, но Лео схватил её за ноги, легко удерживая на месте.
– Ну что за упрямство, в нём нет никакой необходимости, – уговаривал он, – давай же, произнеси это. Ради меня.
Последовало длительное молчание. Кэтрин сглотнула и заставила себя выдавить:
– Поцелуй меня.
– Где?
– Там, – дрожащим голосом произнесла она, – мою киску. Пожалуйста.
Лео одобрительно хмыкнул.
– Какая испорченная девчонка. – Он склонил голову, вдохнув запах её влажной мягкости, и она почувствовала, как его губы целуя накрыли самую чувствительную часть, и мир тут же вспыхнул.
– Ты этого хотела? – услышала Кэтрин.
– Большего, гораздо большего, – воскликнула она, задыхаясь.
Его язык совершал плавные движения, словно смакуя её вкус. Тело Кэтрин напряглось, как только Лео начал посасывать и делать резкие выпады; чувственное, постоянно нарастающее наслаждение охватило все её существо. Она источала божественную влагу, каждое движение его языка доставляло ей все большее удовольствие. Его руки поддерживали её бедра так, чтобы иметь к ней полный доступ. Наконец её охватила неудержимая дрожь, и Кэтрин закричала,
