В течение двух лет Кэтрин Маркс была компаньонкой сестёр Хатауэй – достойная должность, с одним недостатком. Старший брат ее подопечных, Лео Хатауэй, абсолютно невыносим. Кэт не догадывается, что их постоянные ссоры таят за собой взаимную симпатию.
Авторы: Клейпас Лиза
пустошей и травяных лугов. Реки и ручьи украшали пейзаж, питая болота и заливные луга, изобилующие представителями дикой природы. Имение Рэмси было не самым большим в Гемпшире, зато одним из самых красивых: помимо трёх тысяч акров пашен в него входили земли, покрытые многовековым строевым лесом.
В прошлом году, узнав о положении арендаторов, Лео произвёл усовершенствования в ирригации и дренаже, восстановил ограждения, ворота и здания… и, чёрт побери, он узнал намного больше о сельском хозяйстве, чем хотел. И всё из–за беспощадных наставлений Меррипена.
Меррипен, с детства живущий с Хатауэйями, взял на себя обязанность изучить всё возможное об управлении имением. А теперь он был полон решимости передать накопленные знания Лео.
– Пока ты не польёшь эту землю своим потом и кровью, она не станет твоей, – сказал однажды Меррипен.
– И всё? – саркастически спросил Лео. – Только кровь и пот? Уверен, у меня найдётся ещё парочка телесных жидкостей для пожертвования, если это так необходимо.
Но в глубине души сознавал, что Меррипен прав. Чувство собственности, родства не могло возникнуть иначе.
Лео глубоко вздохнул, засовывая руки в карманы. Обед привёл его в беспокойное, раздражённое состояние.
– Ты, наверное, поссорился с мисс Маркс, – заметила Амелия. – Обычно вы пикируетесь за столом. А сегодня вечером оба были молчаливы. Не думаю, что она хоть раз подняла взгляд от своей тарелки.
– Это была не ссора, – кратко отозвался Лео.
– Тогда что?
– Она рассказала мне, под принуждением, что Ратледж – её брат.
Амелия взглянула на него с подозрением:
– Каким принуждением?
– Неважно. Ты слышала, что я только что сказал? Гарри Ратледж…
– У мисс Маркс достаточно трудностей и без тебя, чтобы добавлять их, – сказала Амелия. – Надеюсь, что ты не был с ней жесток, Лео. Иначе…
– Я жесток к Маркс? Это обо мне ты должна волноваться. После общения с ней я обычно ухожу вывернутым наизнанку, – его негодование усилилось, когда он заметил, что сестра пытается скрыть улыбку. – Я так понимаю, тебе было известно, что Ратледж и Маркс связаны родством.
– Уже несколько дней, – призналась она.
– А почему ты ничего не сказала мне?
– Она меня попросила, и я согласилась – из уважения к её частной жизни.
– Чёрт побери, почему это у Маркс может быть частная жизнь, когда ни у кого её здесь нет, – Лео остановился, вынуждая сестру сделать тоже самое. Они стояли лицом к лицу. – Почему это тайна, что она сестра Ратледжа, Амелия?
– Я не знаю, – призналась та, выглядя встревоженной. – Она только и сказала, что это для её защиты.
– Защиты от чего?
Амелия беспомощно покачала головой.
– Возможно, Гарри мог бы сказать. Но я очень в этом сомневаюсь.
– Ей–богу, кому то придётся мне объяснить, или я вышвырну Маркс пинком под зад, не успеет она и глазом моргнуть.
– Лео, – удивлённо сказала Амелия. – Ты не можешь этого хотеть.
– Мне было бы очень приятно.
– Подумай о том, как расстроится Беатрис…
– Именно о Беатрис я и думаю. Я не хочу, чтобы за моей младшей сестрой присматривала женщина, окутанная, весьма вероятно, опасной тайной. Если такой человек, как Гарри Ратледж, имеющий связи с представителями самых отъявленных негодяев Лондона, не может признать собственную сестру…она может быть преступницей. Что с тобой?
– Ничего, – с каменным выражением на лице ответила Амелия, возобновив прогулку. – Честно говоря, Лео, даже для тебя это слишком драматично. Никакая она не преступница.
– Не будь такой наивной, – проговорил он, направляясь следом. – Никто точно не знает, кто она или кем притворяется.
После минутного молчания, Амелия осторожно спросила:
– Что ты собираешься делать?
– Поеду завтра в Лондон.
Её глаза расширились от удивления.
– Но Меррипен ждёт, что ты примешь участие в посадке репы, и в удобрении, и…
– Я знаю, что Меррипен ждёт. И на самом деле не хочу пропустить его очаровательные лекции о чудесах удобрения. Но всё равно я поеду. Я хочу встретиться с Ратледжем и получить от него ответы.
Амелия нахмурилась:
– Почему ты не можешь поговорить с ним здесь?
– Потому что у него сейчас медовый месяц, и он не захочет провести последнюю ночь в Гемпшире, болтая со мной. Кроме того, я решил взять небольшой заказ на проект оранжереи в Мэйфере.
– А я думаю, ты просто хочешь быть подальше от Кэтрин. И подозреваю, что между вами что–то произошло.
Лео посмотрел на последние оранжево–фиолетовые отблески заходящего солнца.
– Темнеет, – заметил он неожиданно приятным тоном. – Пора возвращаться.
– От собственных проблем не убежишь, ты же понимаешь.
Его рот раздражённо скривился:
