В течение двух лет Кэтрин Маркс была компаньонкой сестёр Хатауэй – достойная должность, с одним недостатком. Старший брат ее подопечных, Лео Хатауэй, абсолютно невыносим. Кэт не догадывается, что их постоянные ссоры таят за собой взаимную симпатию.
Авторы: Клейпас Лиза
дверь.
– Тсссс! – прошептала она.
Лео тут же выставил вперёд руки, зажав Кэтрин между собой и дверью.
– Ты знаешь, как заставить меня замолчать.
Голоса зазвучали громче, люди в коридоре приближались.
С улыбкой глядя в её напряжённое лицо, Лео громко заговорил:
– Маркс, я вот думаю, а что если…
Девушка раздражённо втянула в себя воздух и прижалась ртом к губам Лео – что угодно, лишь бы он замолчал. Лео послушно затих, с жадным, неприкрытым удовольствием вернув поцелуй. Она чувствовала его жар и твёрдость даже сквозь несколько слоев элегантного наряда. Не заботясь о последствиях, она после недолгой возни с одеждой, просунула руки ему под сюртук, поближе к теплому телу.
Кэт застонала, но звук замер у неё на губах. Его язык проник глубже, и от этих движений в животе у девушки перекатывались волны удовольствия. Её ноги ослабели, исчезло чувство равновесия. Сбились, потревоженные их поцелуями, очки. Лео аккуратно снял их с её носа и опустил в свой карман. Нарочито медленно он повернул в замке ключ, заперев дверь. Кэтрин стояла молча, разрываясь между желанием и осторожностью.
В полной тишине Лео прошёл в комнату и зажёг лампу. Чирканье спички… слабый огонёк. Кэтрин незряче моргнула, вглядываясь в переполненную тенями комнату и его тёмный силуэт прямо перед собой. Она жаждала его прикосновений, тело сводило судорогой от ощущения какой–то интимной пустоты внутри.
Почти ничего не видя, девушка отвернулась от Лео, давая доступ к ряду крючочков на спине. Он схватился за платье сзади и ткань на её груди натянулась. Последовала серия ловких рывков, платье свободно повисло и соскользнуло ниже. Она почувствовала, как его губы легко касаясь гладят нежную кожу у основания шеи, на мгновение даря восхитительное тепло. Он спустил платье до талии, потом до бёдер. Кэтрин двигалась, помогая ему, выступила из вороха розового шелка на полу, скинула туфельки. Лео развернул её и расстегнул корсет, на секунду задержавшись, чтобы поцеловать по очереди каждое плечико.
– Распусти волосы. – Она поёжилась, ощутив на коже его дыхание.
Кэтрин послушалась, начала вынимать из пучка шпильки, собирая их в горсть. Потом положила шпильки на туалетный столик, подошла к кровати, забралась на матрац и стала напряженно ждать, пока он разденется. Вглядываясь в интригующие расплывчатые контуры его тела, на котором играли тени, она мечтала заполучить очки обратно.
– Не щурься так, любовь моя. У тебя устанут глаза.
– Я тебя не вижу.
Он подошёл ближе. Живое воплощение мужской грации в каждой линии.
– А на таком расстоянии ты меня видишь?
Она оглядела его с ног до головы.
– Отдельные части.
Лео приглушённо рассмеялся и лег на неё, опершись на руки. Соски девушки напряглись под тонкой сорочкой. Они крепко прижимались друг к другу животами, его возбуждённая плоть восхитительно заполнила соответствующую впадину на её теле.
– А сейчас? – прошептал Лео. – Я достаточно близко?
– Почти, – с трудом ответила Кэтрин, впиваясь взглядом в его лицо, впитывая каждую бесподобную чёрточку. – Но не совсем, – проговорила она между неровными вздохами.
Лео наклонился и завладел её губами, накрыв их своим ртом во вспышке чувственного удовольствия. Она утонула в этом поцелуе, одновременно щедром и требовательном. Он нежно исследовал её рот, встречая робкие ответные движения её языка. Она впервые проникла языком ему в рот и тут же почувствовала его яростную реакцию.
Лео со стоном потянулся к горловине сорочки и потащил, помогая Кэтрин снять её через голову. Потом с мучительной медлительностью начал распутывать завязки на её панталонах, пробегая пальцами вдоль талии, стягивая тонкий муслин с бёдер. Скоро за панталонами последовали чулки и подвязки, и она оказалась полностью обнажённой.
Кэтрин пробормотала его имя и, обвив руками его шею, попыталась снова притянуть к себе. Она изогнулась, плотнее прижалась к нему и задохнулась от восхитительного ощущения его тела, грубого и одновременно шелковистого, мягкого и твёрдого, как сталь.
Он приблизил губы к её уху, поиграл губами с мягкой мочкой и прошептал:
– Кэт, я сейчас зацелую тебя всю с головы до ног и обратно. А ты при этом должна лежать совершенно неподвижно и всё мне позволять. Ты сделаешь это для меня, правда?
– Нет, – твёрдо ответила она, – не думаю.
Лео на секунду отвернул лицо. Когда он снова посмотрел на неё, глаза его горели весёлым изумлением.
– На самом деле это был риторический вопрос.
– На риторический вопрос имеется очевидный ответ, – возразила она, – а на твой вопрос – нет… – Она внезапно замолчала, не способная ни говорить, ни думать, потому что он принялся покусывать и лизать чувствительную
