Руслан — мужчина, который привык ни в чем себе не отказывать и брать от жизни по-полной, ограничивая свой характер только во время боя. Он не считается ни с чьим мнением и мало на кого обращает внимание, привыкнув жить на грани. Но поможет ли такой способ жизни удержать ему ту, которая слишком глубоко засела внутри его существа? Света готова вынести многое ради того, кого полюбит, она сделает для избранника все, вот только даря себя безраздельно, требует подобного же и от мужчины. И не может смириться с тем, как привык жить Руслан. Не выдержав, она уходит от него… Но смогут ли они уйти от самих себя и того, что накрепко их связало?
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
Света категорически отказалась от его присутствия на родах. Она не считала, что мужчина должен такое видеть.
И все его аргументы, что роды не могут выглядеть кошмарней нелегальных боев, что он достаточно насмотрелся крови и прочих прелестей за время своих занятий борьбой — не сломили стойкого сопротивления его жены. Даже аргументы врачей, что сейчас многие женщины рожают с мужьями — не возымели должного эффекта.
И потому, как только частота схваток увеличилась, Света властно вытолкала его за дверь из предродовой палаты. А ему было слишком тяжело видеть, как она закусывает побелевшие губы и впивается ногтями в ладони, лишь бы не закричать при нем лишний раз. Он не посчитал бы это слабостью, ни на йоту не стал бы любить ее меньше. Наоборот, сильнее, нежнее.
Но и усиливать дискомфорт для Светы, раз она так хотела — не собирался.
Потому — терпеть его нервное возбуждение приходилось друзьям.
Но серьезно, его терпение заканчивалось. Руслан не шутил, когда грозился по камушку разобрать этот роддом. Ему надо было что-то делать, иначе, казалось, Рус сойдет с ума от ожидания и неизвестности. И даже спросить о том, как там Света — было не у кого. Медсестры только молча пожимали плечами и со снисходительными усмешками советовали набраться терпения.
— Волковинский!? — вопросительный оклик со стороны дверей заставил его резко обернуться и впиться глазами в пожилую женщину, осматривающую их троих.
Очевидно, выискивая того, кто откликнется.
— Что? — отчего-то его голос сел. И Руслану пришлось откашляться. — Что? — повторил он уже громче и четче, не обратив внимания на хихиканье Серого за спиной.
— Можете подниматься, — с усмешкой позволительно кивнула медсестра. — Второй этаж, третья палата…
— Спасибо, — уже на ходу кинул он, пробегая мимо медсестры, бросившись к лестнице.
— Хоть бы спросил, кто родился, — донеслось до него замечание Серого, которое друг пробормотал давясь смехом.
— Поверь мне, ему сейчас без разницы. Лишь бы Свету увидеть, — снисходительно ответил Валентин.
Руслан не мог не согласиться с приглушенными словами друга, пока почти бежал по ступенькам.
А на пороге палаты — его сковал непонятный ступор. Руслан замер, едва переступив порог и, как не заставлял себя, никак не мог двинуться дальше.
Света с улыбкой подняла на него измученное лицо.
Она выглядела такой уставшей и бледной. Казалось, вот-вот упадет в обморок. И в то же время, словно бы вся светилась изнутри.
Собрав в кулак всю свою волю, Руслан заставил себя переставлять непослушные ноги.
Палата была небольшой, одноместной, метра четыре на четыре. Зато с хорошим ремонтом и условиями пребывания.
Однако Русу показалось, что она длиной минимум километр, пока он наконец-то добрался до жены и рухнул на стул, стоящий у кровати.
Сама Света, лежащая на двух подушках, с улыбкой смотрела за его дрожащими руками, которыми Руслан нервно ерошил волосы, и тихо смеялась. Одной рукой она подпирала голову, а второй придерживала…
Руслану пришлось моргнуть, чтобы навести резкость в глазах. Все вдруг как-то странно расплылось.
У груди Светы, одетый в шерстяные носочки, какой-то пушистый, будто плюшевый мишка, комбинезончик, и шапочку, словно у сказочного гномика — лежал ребенок.
Руслану он казался таким крохотным, игрушечным. Малыш забавно махал ручками, сжимая и разжимая миниатюрные пальчики, и слепо тыкался морщащимся носиком в грудь Светы, издавая какие-то непонятные, неразборчивые звуки.
— Похоже, твое желание исполнилось, Руслан, — все с той же насмешкой тихо прошептала Света, посмеиваясь над тем, как он пялился на них. — У нас — дочка.
— А? — ошеломленно переспросил он, все еще не в силах оторвать глаз от этого копошащегося комочка. — Кто?
Света засмеялась громче и ласково погладила его щеку. А он поймал ее пальцы своей рукой, поняв, что и руки любимой дрожали, только, наверное, от усталости.
— Дочка, — все еще смеясь, повторила Света. — Маленькая девочка, как ты и хотел.
— Дочка? — ощущая себя идиотом, но не в силах не переспросить, повторил он следом за ней, и посмотрел в глаза жены, чувствуя, как расползается на губах глупейшая, счастливейшая улыбка. — Дочка?!
Света кивнула. А Рус вдруг счастливо рассмеялся и уткнулся Свете в ладонь.
— А, можно, я ее коснусь? — неуверенно прошептал Рус, вновь посмотрев на дочь.
Она казалась такой маленькой и хрупкой. Особенно на фоне его огромных рук. Собственная идея дотронуться до дочери показалась Руслану сумасбродной.
— Конечно, можно, — с такой уверенностью, будто ощутила его сомнения, кивнула Света. — Ты же ее
