Руслан — мужчина, который привык ни в чем себе не отказывать и брать от жизни по-полной, ограничивая свой характер только во время боя. Он не считается ни с чьим мнением и мало на кого обращает внимание, привыкнув жить на грани. Но поможет ли такой способ жизни удержать ему ту, которая слишком глубоко засела внутри его существа? Света готова вынести многое ради того, кого полюбит, она сделает для избранника все, вот только даря себя безраздельно, требует подобного же и от мужчины. И не может смириться с тем, как привык жить Руслан. Не выдержав, она уходит от него… Но смогут ли они уйти от самих себя и того, что накрепко их связало?
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
Собственно, последние сутки она вообще провела очень нервно. И дело было не только в напряженной подготовки к сюрпризу для Нели.
Света раз за разом прокручивала в голове то, что случилась в коридоре спортивного клуба после того, как они остались вдвоем, вернув Леру ее отцу. И никак не могла прийти хоть к какому-нибудь решению.
Сказать, что он удивил ее — ничего бы не значило.
Потому что на возмущенное и гневное отрицание Светланы, что она не принадлежит, не принадлежала, и не будет принадлежать такому, как он — Руслан только криво улыбнулся.
И наклонившись к ней ниже, тихо прошептал: «Поздно, милая. Ты уже — моя».
Даже сейчас, при одном воспоминании о том, как он прошептал ей это — мороз пошел по коже Светы.
Она вновь, судорожно вцепилась в свой несчастный бокал, хоть и не собиралась пить.
В ответ на такое наглое утверждение — Света его ударила.
Ну, может это и звучит громче, чем вышло на самом деле. Но Света честно старалась.
Разозленная, растерявшаяся, заявив, что ей не нужен мужчина, говорящий подобное каждой женщине, которую хочет поиметь, она со всей силой толкнула Руслана, пытаясь избавиться от его крепкого захвата.
И достигла успеха, между прочим. Во всяком случае, ей удалось добиться того, что его ладони разжались и она почти убежала…
Да, ладно, сделала два шага в сторону, до того, как он с силой обнял ее со спины и зажал между собой и стеной пустого коридора.
— Думаешь, я говорю такое каждой, Света? — все тем же обжигающим шепотом поинтересовался Руслан, заставив ее кожу покрыться мурашками.
Она и сейчас почти ощущала, как его напряженные пальцы скользили по ее телу тогда, обжигая жаром ладоней даже через хлопок платья. Помнила, как не могла отстраниться от большого и твердого тела Руслана, вжимающего ее в стену.
Света задохнулась, уставившись в бокал с коньяком, когда вспомнила, как он прижался лицом к ее затылку, покрывая кожу дразнящими поцелуями. И как втянул в себя запах ее волос, так, словно не мог не сделать этого.
— Ты — первая, — тихо и низко протянул он наконец.
А потом, в один миг отстранился, развернув ее к себе лицом и, будто ничего и не было, спокойно спросил, что именно у Светы за просьба?
Светлана еще минуты три не могла собраться с мыслями и разобраться в бушующих чувствах. Просто держалась ладонями за стену и почти испуганно смотрела на него.
Что можно сказать после такого? Как расценить подобное заявление?
Она так и не придумала, ни вчера, пока пыталась, заикаясь, изложить ему суть своей идеи о проведении дня рождения Нели в клубе. Ни потом, когда без вопросов согласившись ей в этом помочь, Руслан подвозил Свету до ее машины.
Даже во время звонка сестры, которая удостоила ее своим разговором вчера вечером, выясняя, кого это она притащила к родителям? И зачем путается с людьми, которые явно не соответствуют их семье и кругу знакомых — мысли Светы были заняты непонятным словами Руслана.
Не задумываясь, она отругала Машу за извечный снобизм младшей сестры, видящей в людях только возможность продвинуться выше в социальном положении, и просто положила трубку.
И снова проигрывала в мыслях то, что случилось.
Думала об этом Света и сегодня, пока привозила в Колизей подарки и пыталась соорудить из них горку на небольшом столике.
Им выделили одну из отдельных зон, частично отграниченную от остального зала, которая была сделана и украшена в стиле лож римских патрициев в настоящем Колизее. Или, во всяком случае, так, как дизайнер клуба представлял себе это.
И которые, как задумчиво отметил Глеб, глотнув свою любимую текилу, обычно бронировали за неделю, не меньше.
Так что, удивленные и заинтересованные вопросы друзей не были беспочвенны.
Света тяжело вздохнула, мысленно возвращаясь к тому вопросу, с которого начала предаваться воспоминаниям.
Во что ей обойдется этот праздник?
— Как мне кажется, коньяк — не то, что бы вы хотели выпить, — Света удивленно подняла голову, услышав рядом с собой незнакомый, приятный, немного хриплый голос.
Возле нее, с легкой улыбкой на красивом лице с немного резкими чертами, стоял высокий мужчина. Он был одет в деловой костюм, что показалось Свете чуть странно для воскресного вечера в клубе, и его белая рубашка отсвечивала неоном в бликах опалесцирующего, мерцающего освещения зала.
Она точно ни разу не встречала этого человека. Но, судя по тому, что в непосредственной близости никого кроме нее с коньяком больше не наблюдалось — он обращался именно к ней.
Света вопросительно подняла бровь.
— Я за вами наблюдаю последние минут десять, — все с той же улыбкой пояснил мужчина. — И думаю, что какой-нибудь
