Два года назад жизнерадостная красавица Элеонора Пирс увидела своего возлюбленного, Дэймона Стаффорда, в компании его бывшей любовницы и в ярости разорвала помолвку. Однако отвергнутый жених возвращается в Лондон. Его опьяняющие поцелуи вновь разжигают в душе девушки самые сокровенные желания… Кто же выиграет этот мучительный поединок?
Авторы: Джордан Николь
Два месяца назад он решил, что уже достаточно скитался и пора вернуться домой, к прежней жизни. Слухи же, касающиеся ухаживаний Лаззары за Элеонорой, только ускорили его отъезд.
И вот он оказался на званом вечере, и опять грозно встал вопрос: что делать с Элеонорой.
Дэймон не хотел бы возвращаться к уже перевернутой странице жизни, снова сблизиться с девушкой, а потом покинуть ее, тем самым, причинив новую боль. Однако он также не мог взять и бросить ее на произвол судьбы. Только не сейчас, когда за ней волочится этот казанова, который может стать ей непутевым мужем и принести Элеоноре одни несчастья. Она заслуживает большего.
Дэймон искренне хотел, чтобы она была по-настоящему счастлива и смогла осуществить свои мечты о замужестве и детях. Она была достойна будущего, от которого он отказался, намеренно публично предав ее. И если он когда-нибудь женится, то только чтобы продолжить свой род, и этот союз будет для него не чем иным, как браком по расчету.
Однако Дэймон был уверен, что принц Лаззара не подходил под определение мужчины ее мечты. А значит, мрачно размышлял молодой человек, делая последний глоток бренди, он обязательно пойдет в парк завтра утром и, если повезет, застанет там Элеонору с ее царственным ухажером.
Только так Дэймон мог защитить девушку от блудливого дамского угодника, обхаживавшего это прелестное, жизнерадостное создание, которое, как виконт однажды думал, могло бы стать его женой.
По возвращении домой в Портман-плейс Элеонора проводила тетушку наверх и с минуту задержалась на пороге ее спальни, чтобы пожелать спокойной ночи.
— Я рада, тетушка, что вам понравился вечер, — искренне произнесла Элеонора. — Синьор Векки такой милый, правда?
— Это действительно так. — Беатрис вся зарделась при упоминании о пожилом родственнике Лаззары. — Синьор само обаяние. Я подозреваю, что шарм присущ всем итальянцам независимо от возраста.
— Возможно, вы правы.
Душу девушки, согревала мысль о том, что, быть может, она станет свидетельницей многообещающего романа между ее знатной тетушкой и известным итальянским дипломатом. С тех пор как шесть лет назад Беатрис овдовела, она не проявляла ни малейшего интереса к мужчинам, кем бы они ни были. Но сейчас было очевидно, что в ее поле зрения попал синьор Векки, который, как и она, овдовел. А, кроме того, было очень, похоже, что и он, в свою очередь, не остался к ней равнодушным.
Однако румянец сошел с лица Беатрис, когда она внимательно и с любопытством посмотрела на свою воспитанницу.
— А ты, моя милочка, получила удовольствие от вечера? Ты, как мне кажется, выглядишь не слишком расстроенной из-за возвращения Рексхэма.
— Конечно же, нет, — уклончиво сказала Элеонора. — Пусть идет ко всем чертям — мне все равно.
— Так оно и будет, можешь не сомневаться, — резко произнесла Беатрис, — но да будет тебе известно, что порядочным девушкам не пристало употреблять такие грубые слова, как «черт».
— Да, тетушка, — скрывая улыбку, прошептала Элеонора. Ее знатная родственница была чересчур уж придирчивой, когда дело касалось манер, однако Элеоноре всегда хотелось сделать тетушке что-нибудь приятное в знак благодарности за то, что много лет тому назад она приняла ее в свою семью.
— Надеюсь, возвращение Рексхэма не станет препятствием для ухаживаний принца Лаззары, — заметила тетушка.
— Не вижу причины, почему это могло бы произойти. Рексхэм больше мной не интересуется, как, впрочем, и я им. — Ни при каких обстоятельствах она бы не проболталась о том, что всего лишь четыре часа назад Дэймон целовал ее в парке, как не призналась бы и в том, что, очарованная тем сладостным мгновением, ответила на его страсть с бесстыдным желанием.
— Элеонора, ты собираешься утром прокатиться с доном Антонио?
— Да, в десять.
Беатрис удивленно подняла брови.
— Что-то поздновато для тебя, не так ли?
— Для меня да, но его высочество не желает рано подниматься.
— Так или иначе, не забудь взять с собой одного из наших конюхов, так, на всякий случай.
— Я так и сделаю, — тут же согласилась Элеонора.
— Ну, тогда доброй ночи, моя милая.
— И вам спокойного сна, тетя, — ответила девушка, уверенная в том, что ей-то вряд ли сегодня ночью удастся крепко заснуть. Она была очень рада, что их первая встреча с Дэймоном уже состоялась, однако своим поведением он вызвал в ней болезненно-мучительное чувство сожаления и одновременно какой-то неистовой страсти.
Попрощавшись с тетушкой, Элеонора не поцеловала ее в щечку и даже не пожала Беатрис руки, поскольку леди Белдон считала такие проявления нежности дурным тоном.
Наверное, размышляла Элеонора по пути в свою спальню, расположенную
