Очень смертельное оружие

Адела. – Мы же договорились: полный покой и здоровый образ жизни.
Ехидно подмигнув мне, она соскочила с кровати и, помахав на прощание ручкой, исчезла за дверью.
Через полтора часа я, злая и голодная, стояла на балконе своего номера, вглядываясь в голубую даль и гадая, сколько еще придется ждать мою легкомысленную подругу. Внизу призывно колыхались пальмы, океанская волна лениво накатывалась на белоснежный песок, а я, опасаясь возможности разминуться с Аделой, торчала здесь, как часовой на боевом посту.
Я посмотрела на часы и приняла твердое решение, что, если подруга не появится в ближайшие десять минут, я отправлюсь обедать одна.
Телефон зазвонил в тот момент, когда я уже собиралась выходить.
– Ты еще здесь? – послышался возбужденный голос Аделы.
– Интересно, где еще я могу быть? – удивилась я. – Вопрос в том, где находишься ты.
– Извини, я совсем потеряла счет времени. Со мной тут такое произошло, ты просто не поверишь……
Я вздохнула:
– С тобой я поверю во что угодно. И кто же он?
– Грек. Такой красавец – просто отпад, и к тому же безумно богат.
– Возможно, я покажусь тебе занудой, если напомню, что твой Бобчик тоже красавец и тоже безумно богат.
– При чем тут Бобчик? – В голосе подруги звучала обида. – Это совсем не то, о чем ты подумала. Не могу же я превратиться в затворницу только потому, что моему благоверному захотелось похоронить себя в снегах Большого Невольничьего озера. Я просто завязываю социальные контакты – и только.
– Социальные контакты – это, конечно, хорошо, – покорно согласилась я. – А как насчет обеда? Ты не подумала о том, что, пока ты развлекаешься со своим греком, я здесь умираю от голода?
– Слушай, а ты не можешь пообедать одна? Только не обижайся. Понимаешь, Стив пригласил меня, и мне просто неудобно отказаться.
– Стив – это грек? – на всякий случай уточнила я.
– Вообще-то его зовут Стефанос Иродиадис, но я зову его Стив.
– А как он тебя зовет? – полюбопытствовала я. – Прекрасной Афродитой?
– Твоя ирония совершенно неуместна. Хотела бы я посмотреть, как бы ты поступила на моем месте.
– Ладно, – сказала я. – Развлекайся со своим греком.
– Не обижайся, – попросила Адела. – Я уверена, что тебе не придется скучать. В этом отеле полно богачей. Может в ресторане с тобой захочет познакомиться какой-нибудь арабский шейх.
– Только мусульманина мне не хватало для полного счастья, – заметила я. – Всю жизнь мечтала оказаться сто пятой женой в гареме.
– Не хочешь арабского шейха, пусть будет итальянский граф, – великодушно предложила подруга. – Главное – развлекайся на полную катушку. Жизнь ведь у нас одна.
С таким аргументом трудно было не согласиться.
Вопреки предсказаниям Аделы ни итальянских графов, ни арабских шейхов в ресторане не обнаружилось, и я, наслаждаясь покоем, с удовольствием пообедала в гордом одиночестве.
Еще окончательно не оправившись от последних потрясений, я приняла мудрое решение о том, что мне просто необходимо отдохнуть от приключений по крайней мере до конца года. Пусть Адела флиртует с греками, ходит на дискотеки и исполняет на пляже танец живота. Пусть хоть на голове стоит. Меня это не касается. Лично я собираюсь работать, совершать неторопливые одинокие прогулки, купаться в море и, как уже было упомянуто, вести здоровый образ жизни.
Позабыв о том, что благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад, я вернулась в номер, переоделась в купальный костюм и юбку-парео и, прихватив полотенце, отправилась осматривать местные достопримечательности.
Для начала я, как, впрочем, поступил бы любой нормальный турист, отправилась на пляж. Океан был теплым, как парное молоко. Полчаса я лениво плавала вдоль берега, борясь с искушением заплыть за буйки. Больше всего мне нравилось заплывать далеко в море, где привычный мир исчезает и где нет ничего, кроме воды и неба, сливающихся в призрачной линии горизонта, но, представив полчища поджидающих меня там изголодавшихся акул, я благоразумно предпочла отказаться от любимого развлечения. Конечно, сомнительно, что акулы будут поджидать меня именно за буйками. Вероятно, их здесь просто нет. Кажется, я где-то читала, что они не заплывают за барьер коралловых рифов. Но все-таки береженого Бог бережет.
Обсохнув и немного позагорав, я решила поближе познакомиться с жизнью острова. Береговая линия, как, впрочем, на любом курорте, была застроена бесконечными зданиями отелей и апартаментов, а мне хотелось увидеть настоящий Бали с его многоярусными храмами, бамбуковыми хижинами и крытыми рисовой соломой часовнями.
Оглядываясь по сторонам и поминутно