Очень смертельное оружие

в борьбе с такими противниками у нас нет никаких шансов. Слишком могущественные организации охотятся за этим изобретением. Что ни говори, а даосская стратегия «Если долго сидеть на берегу реки, можно увидеть, как мимо проплывает труп твоего врага» в данном случае кажется мне наиболее разумной.
– Значит, ты предлагаешь мне просто сидеть на берегу океана и ожидать, пока мимо меня проплывут трупы Халеда Бен Нияда, Яши Мухомора и индонезийских заговорщиков?
– Почему бы и нет? – пожала плечами я. – Судя по тому, как складывается ситуация, нельзя исключить подобный вариант развития событий. Не вызывает сомнения лишь одно: чем меньше активности ты будешь проявлять, тем больше вероятность того, что мимо индонезийских заговорщиков не проплывет твой собственный труп. Бездействовать ты, естественно, не согласишься, на это я и не надеюсь, но хотя бы не лезь на рожон.
– А что, если их специально стравить? – мечтательно произнес Сианон. – Собрать всех гадов в одну кучу и подорвать электромагнитной бомбой, только где-нибудь подальше от Бали.
– Блестящая идея, – согласилась я. – Остается неясным лишь один маленький вопрос – как?

Аделу я обнаружила на пляже перед отелем. Позабыв о ночном происшествии, она, как роза под действием аспирина, расцветала от комплиментов мускулистого красавца, высадившего дверь моего номера.
Как выяснилось, красавца звали Билл, и у него была собственная строительная фирма в Миннесоте. Спрашивать в присутствии Билла, куда подевался Стив, было не слишком удобно, так что я пожелала парочке хорошо провести время и отправилась в свой номер.
Растянувшись на кровати, я закрыла глаза и снова задумалась над вопросом, кому и зачем потребовалось сначала в меня стрелять, а потом подбрасывать мне варана. Или все-таки стреляли не в меня, а в Стива, и промахнулись чисто случайно? Если Иродиадис и Шакал действительно одно и то же лицо, а в этом я была уверена по крайней мере на 99 %, очередь желающих пострелять в него могла бы протянуться от дверей моего номера до соседнего острова.
Если бы предупреждение ограничилось только светящимся вараном, я бы не сомневалась в том, кто это сделал. Столь живописный жест на Бали мог совершить лишь один человек, а именно мой бывший поклонник, грузино-еврейский поэт, неожиданно из сиониста превратившийся в грека. Необузданному полету его фантазии завидовала черной завистью даже я, отнюдь не страдающая недостатком воображения.
С другой стороны, совершенно непонятно, чем Симонии могло помешать мое присутствие на острове. Неужели он до сих пор не может меня простить? Хотя за что, собственно говоря, он должен меня прощать? Ну, не переспала я с ним в молодости, уязвила его самолюбие, но ведь это не смертный грех.
Если у него остались тяжелые воспоминания о нашем несостоявшемся романе, можно было мягко намекнуть, что он не хочет со мной общаться. Я бы не стала навязывать свое общество человеку, не желающему поддерживать со мной знакомство. Марик это знал. Нет, дело тут явно не в наших прошлых отношениях.
Ладно, допустим, варана все-таки подбросил Марик, но зачем ему понадобилось в меня стрелять? Стрелять и при этом промахнуться. Это имело смысл только в том случае, если Симония действительно переметнулся в спецслужбы. В Индонезию он приехал по фальшивым документам, поэтому мое присутствие на острове является для него потенциальной угрозой. Мне известно, что на самом деле он вовсе не Максимилиан Коксос, и я могу случайно или намеренно проболтаться об этом кому не следует.
Если задание Симонии связано с электромагнитной бомбой, он не может позволить себе никакого ненужного риска. По идее при таком раскладе было бы разумнее ликвидировать меня. Так поступил бы любой нормальный шпион. Эти агенты спецслужб ради интересов национальной безопасности родную маму на куски разрежут и не поморщатся, не то что бывшую подружку. Выходит, Марик по старой дружбе наплевал на инструкции и решил меня предупредить? Очень мило с его стороны.
Неожиданно я поняла, что мне просто необходимо еще раз увидеться с Симонией. Конечно, сам он ни за что не признается, что выстрел и варан – его рук дело, тем более что от выстрела погиб ребенок, но кое-что я, возможно, смогу прояснить. Марик обязательно даст мне понять, что мне следует как можно быстрее убраться с острова.
Вытащив из тумбочки нафаршированные солью и перцем яйца, я сунула их в сумочку – вдруг пригодятся! – и, выяснив у портье, где находится отель «Бесаких», бодрым шагом направилась в указанном направлении.
Как я и опасалась, человек по имени Максимилиан Коксос в отеле не регистрировался. Мой бывший поклонник обманул меня. Он явно