Очень смертельное оружие

за компьютером и занимается делами своей фирмы. Типичное поведение для японца. Там живут одни патологические трудоголики. Япония – единственная страна, в которой существует закон, запрещающий работать больше установленной правилами нормы.
– Похоже, ты к трудоголикам не относишься, – заметил Стив.
Вот тут он попал прямо в точку.
– Если бы работа была таким хорошим делом, за нее не платили бы деньги, – вздохнула я. – Впрочем, я на свою работу не жалуюсь. Писать детективы для меня скорее развлечение.
– Я тоже не жалуюсь на свою работу.
– А ты чем занимаешься? – поинтересовалась я.
– Бизнесом, – пожал плечами грек.
«Значит, теперь заказные убийства называются бизнесом, – подумала я. – Действительно, работенка не пыльная, и свободного времени предостаточно».
– Да, бизнес – хорошая штука.
– Ты когда-нибудь плавала на перау ? – сменил тему Иродиадис.
– Я даже не знаю, что это такое.
– Это выдолбленная из цельного дерева лодка с балансиром. Мы можем устроить пикник на одном отдаленном пляже. Места там совершенно удивительные. Уверен, что тебе понравится.
Я задумалась. Отправиться на пикник с русским киллером № 1 – в этом определенно что-то было. С детства меня, как магнит, притягивали неординарные личности и неординарные ситуации. Что может быть скучнее, чем каждый день идти на службу, потом со службы, потом вяло лежать на диване и смотреть набившие оскомину сериалы. То ли дело прокатиться на лодке с балансиром по Индийскому океану в компании легендарного наемного убийцы! Вот если бы он был маньяком, тогда другое дело. От маньяков стоит держаться подальше. Но Сергей Адасов – профессионал, а не маньяк, он явно симпатизирует мне, так что опасность с его стороны мне вряд ли угрожает. А если кто-либо попытается напасть на меня, то лучшего защитника не придумаешь.
– Поехали, – сказала я. – Пикник на пляже – это здорово. Только подожди, пока я переоденусь и захвачу купальный костюм.
Я ожидала, что перау окажется весельной или в крайнем случае парусной лодкой, но на ней, к моему удивлению, был установлен мощный японский мотор.
Устроившись на корме, Стив резко дернул за шнур, и мы, рассекая небольшие волны, помчались на восток, навстречу легким, как обрывки сахарной ваты, облакам.
На море было гораздо прохладнее, чем на берегу, и я поеживалась под дождем мелких брызг, миниатюрными иголочками впивающихся в кожу.
Стив со всей серьезностью подошел к вопросу организации пикника, и в стоящей у моих ног корзинке, сплетенной из пальмового волокна, лежали пакетики с купленной в китайском ресторане жареной муреной, запеченными в тесте креветками и салатом с морскими гребешками, а также шампанское, фрукты и минеральная вода.
Из-за шума мотора разговаривать было почти невозможно, да этого и не требовалось. Я просто наслаждалась стремительной гонкой на этом странном суденышке, в котором, как, впрочем, и в самом острове Бали, причудливым образом сочетались древность и современность.
Из-под носа перау вспорхнула стайка летучих рыб, пронеслась, сверкая, над морем и серебряным дождем посыпалась в воду.
Полоса пляжей и отелей осталась за кормой. Берега становились все более крутыми и обрывистыми. Между скалистыми утесами прятались уютные бухточки с узкими полумесяцами песчаных пляжей. Вначале на них мелькали фигуры загорающих туристов, но их становилось все меньше и меньше.
В скалах открылся проход, напоминающий то ли грот, то ли вход в подводную пещеру. Рядом с ним мягко изогнутым серпом протянулась полоса золотого песка, заканчивающаяся далеко выдающимся в море обрывистым мысом.
Стив заглушил мотор, и лодка мягко уткнулась носом в песок. Спрыгнув в воду, Иродиадис вытащил перау на берег.
– Это мой любимый пляж, – сказал он. – Я обнаружил его четыре года назад.
– Удивительно, как хорошо ты знаешь Бали, – сказала я. – Наверное, ты очень любишь этот остров.
– Это мой остров, – с какой-то странной интонацией произнес Стив.
– Почему бы и нет? – согласилась я. – В таком случае, если ты, конечно, не возражаешь, я приватизирую соседний Ломбок. Будем ездить друг к другу в гости на перау .
– Я серьезно, – сказал Иродиадис.
– Разумеется.
– Ты мне не веришь?
– Если ты считаешь, что этот остров твой, значит, он твой. В детстве у меня была собственная скала на Кавказе. Я устроила наверху свое убежище. О нем никто не знал, и никто никогда не взбирался на эту скалу, так что она была только моей.
– В моем случае все не так. Бали действительно мой остров. По