Очень смертельное оружие

сходится. Что мне известно о Грее? Ничего, кроме не слишком типичной для России клички и того, что он служил в Афганистане.
Почему именно Грей? Так в «Алых парусах» звали капитана парусника, в которого влюбилась Ассоль. Нет, вряд ли это прозвище может иметь отношение к «Алым парусам». Марик мог бы назвать себя в честь капитана, но только не его брат. Не в той он рос среде.
Что еще может означать «Грей»? С английского это слово переводится как «серый». Прозвище Серый было у друга моего детства, профессорского сына, впоследствии ставшего преступником-рецидивистом. Эта кличка была производным от имени – Сергей. Может быть, брата Марика тоже звали Сергеем?
Сергей, который воевал в Афганистане. Такие же, как у Марика, глаза. Превосходно владеет оружием. Навыки профессионального убийцы. Не слишком ли много людей, подходящих под описание Сергея Адасова? Но если лже-Марик – Адасов, кто же тогда Стив? Похоже, у меня окончательно поехала крыша. Написание детективов явно до добра не доводит. Еще немного – и я приду к заключению, что Сергей Адасов – это маскирующийся под японского бизнесмена Сианон.
Я с любопытством уставилась на Ляо, прикидывая, насколько разрез его глаз напоминает глаза Марика и Стива. Никакого сходства.
Уловив мой взгляд, полицейский вопросительно посмотрел сначала на меня, а потом на доску, видимо, ожидая какого-то подвоха.
– Сдаюсь, – сказала я.
– Сдаешься? – удивился Сианон.
– Мне срочно нужно позвонить.
– Кому?
– Я обязана отвечать на этот вопрос?
– Вообще-то не обязана.
Я вздохнула.
– Третьему бывшему мужу, – пояснила я.
– Третьему? Бывшему? – удивленно посмотрел на меня Ляо. – А сколько вообще их у тебя было?
– Пока только три. Но это не предел.
– Не сомневаюсь. А с чего вдруг ты решила позвонить ему именно сейчас?
– Просто хочу кое-что проверить.
– Может, сначала закончим партию? Твое положение не так уж безнадежно.
– Не могу. Считай это очередным женским капризом.
– Ох уж эти женщины, – вздохнул Сианон. – Ладно, сходи позвони. Я подожду тебя здесь. Вернешься – доиграем.
Я с подозрением посмотрела на полицейского.
– Странный ты сегодня какой-то. Слишком покладистый.
– Если бы я возражал, это бы что-нибудь изменило?
– Сомневаюсь.
– Вот и я так подумал. Один мой приятель говорил, что есть только два способа командовать женщиной, но беда заключается в том, что никто их не знает.
– Я скоро вернусь, – пообещала я.
– Очень на это надеюсь, – усмехнулся Ляо.
– Чем ты там занимаешься? – с подозрением поинтересовался Саша.
– Отдыхаю, – честно соврала я.
– И тебе на отдыхе вдруг срочно понадобились сведения о какой-то Лене, которая в конце семидесятых училась на филфаке Тбилисского университета?
– Природное любопытство, – пояснила я. – Ты же меня знаешь.
– Вот именно, что я тебя знаю. Во что ты вляпалась?
– Ни во что. Вернее, почти ни во что. Потом расскажу. Так ты мне поможешь? У тебя наверняка найдутся связи в грузинских спецслужбах. Что тебе стоит позвонить и попросить о небольшой услуге? Эта Лена бросила университет на первом курсе. Ее будет нетрудно найти.
– Что именно ты хочешь узнать?
– Все, что можно. Фамилию, адрес, какие-либо сведения из личного дела, если оно, конечно, сохранилось.
– Ладно, – вздохнул бывший муж. – Тебе это срочно требуется?
– Чем быстрее, тем лучше.
– Позвоню, как только что-нибудь выясню. Возможно, даже завтра.
Вот это оперативность! И никаких ненужных вопросов. Что ни говори, а приятно иметь таких толковых и понимающих бывших мужей.
Вдохновленная разговором, я выскочила из номера и побежала на пляж к изнывающему от жары и ожидания Сианону.
– Слышала новость? – поинтересовался Стив. – Арабы с евреями снова сцепились.
Иродиадис позвонил после обеда и пригласил меня поужинать с ним. Вечер у меня был свободен, поскольку господин Сукиебуси, намекнув на какие-то неотложные дела, связанные с расследованием, покинул меня сразу же после того, как выиграл партию. Расставаясь, он сиял, как начищенный пятак. У меня зародилось подозрение, что даже заполучив в свое распоряжение электромагнитную бомбу Тетерина, полицейский не был бы так счастлив. Удивительно, как легко иногда бывает сделать мужчину счастливым!
Итак, я сидела в ресторане и, в душе проклиная себя за глупость, разделывала уже четвертую королевскую креветку, всерьез подумывая о том, чтобы, забыв о хороших манерах, взять и расчленить проклятую зверюгу руками.
Больше всего на свете я ненавидела с помощью ножа и вилки по всем