Попаданец обыкновенный — 1 штука, интеллектом и гуманизмом не страдает, не супермен, но ложки гнуть уже умеет, в общем, как всегда — будет добиваться своих целей добрым словом и плазменным топором. Расслабляться нельзя — вокруг нелюди и неполноценные!
Авторы: Чижовский Алексей Константинович
недешевое дело.
— Тоже решение, — хмыкнул я, повернувшись к подростку: — Тащи сюда свое имущество — будем разбираться!
В рюкзаке Дейна обнаружилась потрепанная книжка на тарабарском языке Галифата — я полюбовался картинками суровых бородачей и под возмущенный писк хозяина отправил раритет прямиком в утилизатор. Следом избавился от слегка пованивающего халата и широких штанов. Не забыл и маленький мешочек ринни — слабый стимулятор с наркотическим эффектом. Этот дурман пользовался спросом только у галифатцев, и стоил дешево — возиться с его продажей было нерационально. Зато символическое уничтожение всего, что связывало юного воина с прошлым, могло настроить того на нужный лад.
— Так, а это зачем? — я задумчиво разглядывал инструменты. Кое-что я узнал — маска с длинным шлангом, похожая на земной противогаз. Замысловатый гаечный ключ с головкой треугольной формы тоже выглядел знакомо. Гибкие щупы и набор клизм с длинными носиками. Бруски быстротвердеющей замазки, какие-то прокладки — в общем, барахло.
— Это должен иметь при себе младший техник, — пояснил Дейн.
— Так, это тебе больше тоже не понадобится! — я брезгливо сгреб хлам и отправил в утилизатор. Новичок нахмурился, но промолчал.
Когда Шата вручила ему залатанный костюм, с которым возилась по моей просьбе последние три часа, я поблагодарил специалистку и критическим взглядом окинул обновку. Легкий арварский скаф второго поколения «Назози» с вплавленными в материал грубыми заплатками, являлся жутким старьем. Однако это было лучше, чем наряд, предназначенный для путешествий по канализационным коллекторам и ныряния в их дурно пахнущее содержимое.
Костюм техника-ассенизатора даже не был герметичным и по конструкции смахивал на земной акваланг. Тонкий материал, похожий на резину, вряд ли смог бы остановить пулю. А в скопированном из банка данных Нум-Рияда каталоге рыночных предложений таких и вовсе не продавали. Поэтому потрепанный наряд оранжевого цвета отправился в утилизатор вслед за всем остальным имуществом юного бойца.
— Ну, вот — другое дело! — я критическим взглядом оглядел Дэйна, которого теперь больше ничего не связывало с прошлым. — Теперь хоть на человека стал похож!
— Мудрейший, а какой у тебя джеддах? — неожиданно поинтересовался юный головорез.
— Хм… не точно не измерял, но, наверное, большой, — на всякий случай ответил я, запустив поиск в инфопакете по традициям Галифата. К сожалению, нашлось целых четыре толкования этого слова и все — отличающиеся по смыслу. Например, так называли мелкого зверька типа земного тушканчика, горшок для приготовления пищи, знамя, а также — личную вещь. Вспомнив, что рядом есть тот, кто точно разбирается в вопросе, я переадресовал вопрос наемнику.
— Гуфии Рияда носят особый символ, — засмеялся Абу. — Называется джеддах. Раз ты взял его на службу, Дэйну он теперь тоже положен. Так все будут знать, что он — твой человек.
— Хмм… Что-то типа знака отличия. Понятно, — задумался я. — Ну, что же, будет тебе джеддах!
Я навестил рабочее место Шаты, которая ковырялась с абордажным ботом — девушка пожала плечами, изготовив предмет размером чуть больше ладони. Дроиду потребовалась минута для того, справиться с поставленной задачей.
— Ну как тебе? — поинтересовался я, прилепив эмблему.
Ярко-красная пятиконечная звезда смотрелась довольно круто на черном покрытии скафа новичка. Тот несколько минут рассматривал символ, намертво приклеенный ремонтной пеной к плечу.
— Похоже на пятно, оставленное созревшей девой на ложе, — задумчиво прошептал Дэйн. — Это значит, что ее врата Фаджры разверзлись и готовы принять жезл мужественности достойного…
— Избавь меня от подробностей! — отмахнулся я. — Но это нечто другое. Сильный джеддах моего рода. Запомни — могучие воины с таким знаком всегда побеждают врагов!
18
За три недели корабль совершил несколько длинных переходов, и вскоре я уже их не замечал. Легкое головокружение больше не беспокоило — организм привык к временной дезориентации.
Я знал, что некоторые негуманоиды крайне плохо переносят прыжки — поэтому их цивилизации оказались заперты в домашних системах. К счастью, люди оказались крайне живучим и быстро размножающимся видом, поэтому экспансия человечества фактически ничем не ограничивалась. До появления Роя, который заметно сократил популяцию двуногих без перьев шесть сотен лет назад. И сейчас агрессивные насекомые снова намеревались проделать нечто подобное.
Никаких изменений, кроме резко возросшего аппетита, я пока не ощущал.
