Попаданец обыкновенный — 1 штука, интеллектом и гуманизмом не страдает, не супермен, но ложки гнуть уже умеет, в общем, как всегда — будет добиваться своих целей добрым словом и плазменным топором. Расслабляться нельзя — вокруг нелюди и неполноценные!
Авторы: Чижовский Алексей Константинович
— генераторы силового щита, — пояснил Дэба.
— За спиной — реактор. Оружие тоже отличное — навесные модули с управляемыми ракетами и сдвоенная плазменная пушка на руке. В общем, это — серьезный тип…
— В таком случае, очень хорошо, что он теперь в нашей группе, — заметил я. Командир все-таки уломал гиганта — эта разношерстная компания направлялась к нам. В просторном помещении столовой уже образовались несколько групп, а остальные видимо, еще не определились.
Вспомнил, что в функциях нейросети имеется режим отображения подробной информации и сразу же активировал его. Рядом с контуром каждого бойца появилась небольшая табличка — имя, личный идентификатор, а также индекс социальной полезности. Я ухмыльнулся — две трети наемников в мирах Содружества считались преступниками.
Особенно низкий индекс оказался у нашего командира, верзилы в тяжелом скафе, и у оширцев — в приличном месте им лучше не появляться. У остальных с этим делом все было в порядке, впрочем, как и у меня — предыдущий обладатель тела всю свою недолгую жизнь провел среди псионов.
— Группа сформирована. В нашем распоряжении капсулы погружения,
— сообщил Вохлик. — Настаиваю на отработке командного взаимодействия. Сейчас свяжусь с координатором и получу допуск…
Лидер на десяток секунд замер, закрыв глаза — я уже понял, что он отправляет отчет.
— Готово, допуск получен и время согласовано. Четыре часа в сутки — неплохо. Медицинские карты получил, но этого мало.
Командир замолчал, бросив взгляд на стенную панель — значки четырех сформированных групп (и наша в том числе) горели ровным зеленым цветом.
— Пока что имеем следующее. Шата занимается роботами. Поддержка
— два боевых дроида, — продолжил Вохлик. — Нам повезло получить одного из двух полноценных псионов из первого потока. Так что Гарт — наша защита от особо хитрых дикарей…
— Это еще что такое? — удивленно переспросил я.
— Противник может использовать псионов, — ответил лидер. — Поэтому в группы входят люди с высоким пси-индексом — на них воздействовать сложно. Первое время мы оказались не готовы к такому
— потеряли четыре опорных пункта. «Мясо» впадает в ступор и дикари добивают оставшихся. В каждом случае по-разному — бойцы спокойно засыпали или бросали оружие и уходили в джунгли. Поймали тех, кто этим занимается — в общем, действуют они только на коротком расстоянии. Вероятность столкновения с таким противником мала, но надо быть готовыми ко всему…
— В контракте этого не было, — недовольно пробурчал низкорослый и коренастый боец по имени Нибур, прекратив жевать.
— У вас двойная ставка, а у некоторых — тройная с надбавками, — усмехнулся командир, многозначительно посмотрев на меня. — Не просто «мясо», а специалисты с боевым опытом…
— Это точно, — согласился коротышка.
— Теперь все остальные. Нибур — оператор разведкомплекса. Еще один есть у меня, но похуже. Мы сможем контролировать приличный участок местности. У нас даже нашелся специалист с хорошей защитой и тяжелым оружием, — Вохлик кивнул в сторону верзилы, который спокойно разглядывал бойцов. — Сорм Четвертый, ты не возражаешь, если мы будем к тебе обращаться просто Сорм?
— Да будет так, — ответил верзила неприятным рычащим голосом.
— Все остальные — Хасс, Дэба, Лита, Чань и Шунь — бойцы широкой специализации. Мне нужна информация о снаряжении каждого — в ближайшее время я постараюсь выбить из координатора побольше всего про запас, — сообщил лидер. — Пока все свободны. Жду вас в зале погружения через два с половиной часа!
Все прозрачные капсулы были заняты людьми — к их головам прижимались блестящие манипуляторы, а тела еле заметно подергивались. Я пришел за сорок минут до назначенного времени, намереваясь ознакомиться с оборудованием поближе. У стоящей в углу полукруглой консоли заметил двух офицеров.
— Первый раз? — усмехнулся молодой вояка, глядя на мое выражение лица.
— Так точно! — ответил я, брезгливо посмотрев на ближайший яйцевидный саркофаг — из раскрытого рта седого мужчины свисала ниточка слюны. Почему-то мне резко расхотелось лезть в такую капсулу.
— Вам в Галифате, наверное, запрещают такие штуки… — хмыкнул офицер.
— Кто сказал, что я оттуда? — удивился я.
— Странно, такое носят только там, — вояка показал пальцем на мою грудь, где располагались две бронепластины с непонятными каракулями.
— И что там написано?
— «Муталиб, пролей на порочных огненный дождь!» — с усмешкой процитировал офицер. — Там еще что-то про Зияддина,
