Попаданец обыкновенный — 1 штука, интеллектом и гуманизмом не страдает, не супермен, но ложки гнуть уже умеет, в общем, как всегда — будет добиваться своих целей добрым словом и плазменным топором. Расслабляться нельзя — вокруг нелюди и неполноценные!
Авторы: Чижовский Алексей Константинович
На боевых кораблях мзинов обычно присутствовали только воины, хотя встречались и редкие исключения. А нелюдей антранец жалеть не собирался — за каждого погибшего пилота мзины скоро заплатят, уж он лично позаботится об этом.
Ракджак’хат не понимал, почему враги не бегут — маневры людей были бессмысленны, ведь с флагманом им не справиться. Покинув зону эффективного огня, большой корабль людей направился к одной из безжизненных планет-гигантов. Вероятно, бесхвостые собирались использовать ее гравитационное поле для набора и без того большой скорости.
С каждым малым оборотом их корабль все дальше углублялся в систему, а непобедимый «Хорак-Кхар» тщетно пытался догнать ускользающую цель. По обшивке гиганта ползали роботы-пауки и инженерные группы, монтируя сопла и восстанавливая рабочие камеры гигантских двигателей.
Вождь презрительно осмотрел трех захваченных пилотов — на взгляд мзина, только один пленник выглядел как боец. Его бочкообразная грудь была покрыта густой шерстью, а выпученные глаза с ненавистью смотрели на обступивших пленников мзинов.
Тощая самка с отвратительным лысым черепом и низкорослый детеныш вызывали только омерзение у главы клана. Глядя на розовую кожу вождь морщился, не понимая как эти слабые существа смогли драться на равных с сильнейшими воинами мзинов.
Бойцы не церемонились, вытаскивая пилотов из комбинезонов — на коже людей были заметны глубокие царапины и кровоподтеки. Когда в зале появились молодые мзины, старый наставник Гаш’хат показал на первого пленника лапой и того вытолкнули на арену. Один из служителей в церемониальных доспехах бросил под ноги человека кривоватый нож с потемневшей от крови рукояткой.
— Умри, как воин! — проревел наставник под возбужденное повизгивание молодняка. — Вождь дарует тебе великую честь!
— Да вы тут совсем двинулись башкой! — выкрикнул пилот, с кряхтением поднимая древнее оружие.
— Запомни, Торшак! Лучше смерть с выпущенными когтями, чем бесчестье! — рыкнул наставник, выбрав одного из молодых мзинов. Его грудь перетягивали ремешки перевязи с коротким клинком, а правое плечо защищала изогнутая пластина со знаком клана.
— Я готов стать воином, наставник! — произнес ритуальную фразу претендент.
Схватка заняла несколько ударов сердца — мзин даже не вытаскивал оружия, нанеся несколько ударов выпущенными когтями. Человек бестолково размахивал ножом, а его бок и бедро быстро темнели от хлынувшей из глубоких разрезов красной жидкости. Мощным ударом мзин разорвал горло подранка, закончив бой. Победитель с урчанием вылизал лапу, встав в строй.
Следующий поединок закончился быстро — мзин презрительно разглядывал слабого человечка, который опустился на колени посреди арены. Пилот молился Илгусу, не собираясь брать в руки оружие.
Будущий воин одним росчерком клинка снес голову недомерка, сунув морду под струю хлынувшей крови.
— В этом нет чести, наставник! Почему мне достался этот детеныш?
— обиженно пробурчал победитель.
— Нет бесчестной битвы, есть схватка с бесчестным врагом, — многозначительно сказал старый мзин. — Этот детеныш недавно подло убил двух сильных воинов. Дахкас Быстрое Крыло и Раш-Хазрук погибли от его руки.
— Благодарю тебя, наставник! — довольно рыкнул молодой мзин, поклонившись. — Раз я покарал их убийцу, вся сила павших перешла ко мне!
Воины вытолкнули в круг женщину — та невозмутимо схватила нож, бросая быстрые взгляды на окружающих арену воинов.
— Я не буду драться с самкой! — претендент брезгливо скривился, и вытолкнув вперед соседа, издевательски захохотал: — Уступаю эту честь выродку!
Наблюдающий за ритуалом Ракджак’хат сплюнул на пол, когда вперед вышел самый слабый из молодняка — белоснежная шесть и глаза разного цвета означали мутацию. Вождь вспомнил, как держал в руках мокрый комочек, прикоснувшись выпущенным когтем к шее этого никчемного существа — только просьба самки заставила главу клана оставить жизнь выродку. Что же, раз тот дотянул до посвящения, значит, клану пригодиться и такой боец…
— Вам конец, уроды! — хрипло выкрикнула самка, увидев своего противника. — Скоро ребята отомстят за меня! Они вырежут вас всех, а вы будете кусать свои облезлые хвосты… глядя на их мучения!
— Слова не помогут тебе выжить! — оборвал ее наставник. — Умри как воин, с оружием в лапах!
— Сдохни, урод! — взвизгнула самка, метнув нож в старого мзина.
Наставник Гаш’хат умер раньше, чем его тело рухнуло на пол — из глазницы торчала рукоятка ритуального оружия.
