Одаренный

не пропускает звуки — так что выпад обезьянца не достиг цели.
   — Уважаемый желает поставить свои кредиты? Или может быть, принять участие? — поинтересовался толстяк в цветастом комбинезоне, расшитом логотипами компаний.
   — Хм… даже не думал. А какие правила? — на всякий случай полюбопытствовал я.
   — Никаких, — расплылся в улыбке зазывала. — У нас новейшее оборудование. Смертельные случаи крайне редки. Уважаемый может выбрать себе соперника из кандидатов или же выйти против списанных…
   — Кого-кого?
   — У нас на борту две сотни замороженных преступников — есть даже арварцы и нелюди. На эти бои самые высокие ставки, — толстяк патетически растопырил руки. — Это шанс разбогатеть! Черные будут сражаться насмерть!
   — Спасибо, подумаю. Кажется, я знаю того, кто с удовольствием открутит парочку голов. Особенно таких уродливых. А кстати, кто это? — я кивнул в сторону обезьянца с зубастой пастью.
   — Гуцул. Псеводразумный абориген мира Р-14. Уровень развития не дотягивает до трех единиц по шкале Хевора-Сафария… Копья, примитивные инструменты, поклонение мертвым собратьям. К сожалению, мясо гуцулов несъедобно. Вполне вероятно, что это один из последних представителей вида… — охотно пояснил зазывала, понизив голос до шепота. — За определенную плату мы можем предоставить и другие услуги. У нас есть широкий выбор псевдоразумных на самый взыскательный вкус…
   — Нет, я не из таких, — поморщился я, посмотрев на мерзкое выражение лица толстяка. Сообразив, что здесь ему ничего не обломится, зазывала направился к следующему посетителю.
   Пронзительный писк сирены и несколько фраз от информационной службы довели до сведения всех пассажиров новости — флагман сошел с орбиты Нума и начал разгон. А через семь с половиной стандартных часов корабль покинет систему. Подумал, что антранская техника заслуживает уважения — предыдущим корытам, где я успел побывать, для перехода требовалось в разы больше времени.
   Посетители центра досуга шушуканьем и пьяными воплями отреагировали на сообщение, и только чешуйчатый абориген мира Р-14 не выразил радости — гуцул подозрительно посмотрел на меня и почесал чешуйчатое брюхо.
17-2
   — О, могучий, это мне? — восхищенно захлопал глазами новичок. Абу стоял неподалеку — его я пригласил для создания необходимого антуража. В Галифате мальчик становился мужчиной, получая оружие из рук воина — нечто похожее я и собирался проделать, резко повысив статус Дэйна.
   — Ты что, забыл? Обращайся ко мне просто Гарт или учитель, — пробурчал я, подумав о том, что тараканов из головы соратника будет вывести сложно. Но я собирался хотя бы попытаться это сделать.
   — Да, могуч… Гарт, — поправился Дэйн. — Это значит, что я больше не техник?
   — Именно так, — важно кивнул Абу, — Запомни этот день. Теперь ты — воин, в твоих руках оружие. Отныне сам решаешь — кому жить, а кому нет!
   — Владей! — я сделал шаг вперед и торжественно вручил новоиспеченному воину трофейную трещотку. Тот проникся и со слезами радости на глазах прикоснулся губами к прозрачному пластику магазина.
   Это короткоствольное оружие под названием «Гарзук» производили автоматические заводы Гольятты. Потребительские свойства оширского изделия находились где-то на уровне плинтуса — подобным барахлом обычно вооружались гражданские и наемники, у которых с финансами было совсем плохо. В системе Нум-Рияд такую пушку мог купить любой, потратив всего девятьсот кредитов. Ну а в центральных мирах — наверняка еще дешевле.
   Трещотка использовала стандартные безгильзовые патрончики калибра четыре миллиметра, широко распространенного в Содружестве — магазин вмещал полторы сотни таких боеприпасов. Кроме встроенного компенсатора отдачи и высокого темпа стрельбы, ничего хорошего «Гарзук» владельцу предложить не мог — даже на пятидесяти метрах пули летели куда угодно, только не в цель. Оружие отлично подходило тому, кто собирается наделать дырок в противнике, не имеющем защиты, и достаточно глупом, чтобы подойти вплотную. По классификации планеты Земля изделие относилось бы к классу пистолетов-пулеметов, но здесь их называли трещотками — вероятно, по характерному звуку, что оружие издавало при стрельбе.
   — Я не подведу, учитель! — быстро закивал юный воин, осторожно закрепляя личное оружие на поясе.
   — Даже не думай! — я сделал строгое лицо. — Ты теперь боец могучего гуфия. А ты сам знаешь, что их лучше не расстраивать. Представь себе — проснешься, посмотришь в зеркало, а вместо носа — розовое рыло, а на ногах — копыта. И все кто тебя увидят, будут смеяться и говорить: вот идет