Стрижев просто ещё сильнее стиснул зубы и, двигаясь как хорошо отлаженная машина, убедился, что в санузле и сауне никого нет. А потом, тяжело переставляя ноги, медленно спустился вниз к перепуганным бойцам…
Андрея подташнивало. Неимоверная усталость от выбросов адреналина, ужасных событий и чувства безысходности непосильным грузом давила на плечи старлея. Да так, что Стрижев даже ссутулился и бессильно опустил руки, остановившись перед выбитой балконной дверью. И только вдыхая прохладный и свежий воздух с моря, омоновец начал постепенно приходить в себя…
— Васильевич! Васильевич! — потряс Андрея за плечи оправившийся Новицкий, участливо заглянув в глаза командира, — ты как?..
— В норме…, — выдавил старлей, машинально посмотрел на дергающегося на шнуре повешенного, брезгливо отвернулся к бойцам и тряхнул головой. Затем вытер с лица холодный пот и спросил, — Ваня, что у тебя?
— Гематома на полгруди, но рёбра вроде целые… Бронник спас…, — ответил боец.
— Наши на связь выходили? — продолжил Стрижев.
— Командир! Так мы же всё повыключали, когда в номер входили…, — напомнил Стрижеву прапорщик и добавил, — Васильевич! Шо всё это… Шо всё это значит?..
— А ты вспомни, Миша, что ты доктору из скорой о зомби говорил…, — устало намекнул старлей и включил рацию.
Пока Новицкий неверяще пялился то на командира, то на подвешенного мертвеца, а том, что человек мертв Андрей уже не сомневался, старлей сумел-таки связаться с базой.
Вместо оперативного дежурного неожиданно ответил сам комбат. Стрижев быстро доложил Ник Нику обстановку и события. Без выводов и эмоций… Бойцы, притихнув и ловя каждое слово, слушали переговоры старлея.
— Значит, и у вас монстр…, — донесла рация энергичный голос командира, — так, Андрей, слушай сюда внимательно. Ситуация намного серьёзней, чем можно себе представить. Сектанты, бешенные, придурки эти, которые бросаются на людей, это нифига не бешеные! Мертвые, те которые сегодня умерли или погибли, они оживают! Мертвецы это, понял?..
Стрижев на автомате кивнул. И тут же голосом подтвердил, что он понял…
— Никакой обычной в нашем понимании эпидемии нет, — жестко продолжил комбат, — это какой-то вирус, какая-то дрянь, медики совершенно к такому не готовы. Всех кого мертвые кусают, очень быстро гибнут. И восстают, превращаются в таких же ходячих мертвецов! Понял?! Не давайте себя укусить ни мертвым людям, ни животным! Понял?! Там ‘наверху’ брожение, они всё телятся, боятся ошибиться… А люди гибнут, Андрей. Эта зараза распространяется чудовищными темпами, больницы моментально превратились в эпицентры… Короче, Стрижев! Слушай мой приказ! Работаешь в центре, примерный район мэрия-Пушкинская, Пантелеймоновская-Екатерининская, Приморский бульвар-мэрия, где-то так… Делай что хочешь, но чтобы на улицах никого не было, гоните всех по домам! Пусть запрутся и никуда не выходят, и никого не пускают! Зараженных… Мертвых — отстреливайте! Это — приказ! Их некому задерживать, полагаю, скоро будет и некуда доставлять, если такие самоубийцы даже и найдутся… Ты понял, Стрижев?!
— Принял, командир, — подтвердил Андрей и уточнил, — а что потом? Что нам делать потом?..
— Я работаю над этим, — сообщил Ник Ник, — решение доведу отдельно. Андрей… И я тебя прошу! Себя и бойцов сохрани!..
Секундная пауза, как будто комбат что-то обдумывал.
— Этот ваш маньяк-монстр, он не первый…, — сухо добавил Ник Ник, — мертвые, они ещё, похоже, и мутируют, пожирая живых… Всё, Андрей, выполняй…
Комбат отключился. Несколько секунд, пока омоновцы переваривали информацию, стояла тишина. Все пазлы сумасшедшего дежурства, наконец, собрались воедино…
На трепыхающегося мертвяка никто даже и не посмотрел.
— Какой сегодня чудный день! Как должно быть жалеют те, кто умер вчера!.., — скривившись, невесело пробормотал Новицкий.
— Парни, ну что? — обратился Стрижев к подчиненным, — вы всё слышали?
Омоновцы, переглянувшись, кивнули.
— С мертвяками как-то дико звучит, — отозвался Новицкий, — но после нашего чуда-юда попробуй в это не поверить…
— Тогда вперёд! Выполняем приказ! — возвратив себе присутствие духа и зарядившись энергией от комбата, скомандовал Андрей. Конкретная задача, наконец-то, внесла определённость в дальнейшие действия патруля.
— А этого…, — сказал Ваня Чёткий, посмотрев на подвешенного, — что так и оставим? Ещё сорвётся с привязи, делов наворотит…
— Это верно…, — согласился старлей, — надо добить. Пульс проверять будем?..
Парней передёрнуло.
— Нет, так нет, — криво ухмыльнулся