Что делать, когда человеческая цивилизация поражена вирусом, превращающим людей в мёртвых монстров? Как выжить в этой немыслимой катастрофе? И выстоит ли Одесса в схватке с апокалипсисом? Готовьтесь, атакуют зомби!
Авторы: Смит Игорь Сергеевич
— Да хоть Ленин, мне без разницы, — продолжил Стрижев, — короче, мы не эскорт-сервис, у нас много работы. Свободен…
— Да ты что, старший лейтенант?! — вновь взбесился чинуша, не веря, что его, целого заммэра, мягко говоря, послали, — погоны потерять хочешь? Я жаловаться буду!..
— Пожалуйста, хоть в центральную прачечную жалуйся…, — бросил Андрей и повернулся к своим бойцам, — по коням, парни!
— Стоять! — заммэра аж затрясся и вытащил из кармана мобильник, — ничего не боишься, да? С работы вылететь с позором хочешь? Сейчас, сейчас я твоего командира наберу! Думаешь, управы нет на тебя?! Фамилия?!
— Стрижев моя фамилия, — не стал скрывать старлей и знаком дал понять омоновцам, чтобы оставались на местах.
Чиновник пощелкал телефоном, затем вызвал абонента.
— Это Ульянов! Да!.. Кого ты мне нахрен прислал?! Они вообще не в адеквате, хамят! — заорал функционер в трубку, — вы что там, все с ума посходили? Я же просил наряд мне прислать… Ага! Да, даю… На! — злорадно ухмыльнувшись, заммэра протянул телефон Андрею.
— Стрижев, слушаю, — коротко бросил старлей в трубу, ожидая, что услышит комбата.
— Ох, ё…, — раздался смутно знакомый голос, — Андрей Васильевич, слушай. То недоразумение между нами, его надо забыть… Я пока твой начальник и приказываю тебе…
— Это ты, что ли, Чернов? — узнал говорившего Андрей и, оскалившись, продолжил, — я же тебе сказал, где тебе идти… Ты не понял?! Повторяю! В рот тебе пароход и баржу соли! Всё, разговор закончен!
Стрижев нажал отбой и протянул мобильник чиновнику.
— Я…, я…, — пролепетал опешивший заммэра и замолк, встретившись с бешеным взглядом Андрея.
Более не говоря ни слова, Стрижев забрался на сиденье и резко скомандовал:
— Миша, на Пушкинскую!..
— Круто ты его, командир…, — выруливая с Думской прокомментировал Новицкий, глянув в зеркало заднего обзора на чиновников, которые в ступоре смотрели на отъехавшую машину, — все концы обрубаешь. Этот Ульянов тебе, Васильевич, такое не простит…
— Миша, оно тебе надо? — не сдержался старлей, — на дорогу смотри. И медленней… Вы парни, тоже по сторонам глядите…
— Э-э… Миша, извини, не хотел тебя обидеть, сорвался, — добавил Андрей, увидев, как Новицкий насупился, — нервы… Ведь знает, что в городе эпидемия, а сам на даче пересидеть собрался! И Чернов, сука, опять засветился… Ладно, парни, проехали. Нервничать на пенсии будем, если… Хмм. Собрались, работаем!..
Безумное дежурство патруля ‘Беркута’ продолжилось. Омоновцы несколько часов мотались по району, уговаривая и приказывая людям покинуть улицы. Сделать это было далеко не так просто, оживленная ночная жизнь Одессы продолжала периодически исторгать из многочисленных кафе, баров, ресторанов и ночных клубов всё новые и новые компании подвыпивших отдыхающих, которым море было по колено, а не то, что какая-то призрачная угроза от оживших мертвецов. И если на улице люди ещё кое-как реагировали на четырёх вооруженных автоматами и решительно настроенных сотрудников ‘Беркута’, то в увеселительных заведениях на голос разума практически никто не откликался… Администраторы ‘гнули пальцы’, угрожая омоновцам немыслимыми карами от покровителей, или говорили, что бар вот-вот закроется, но не очень-то и спешили закрывать свои заведения…
В конце концов, Стрижев, осознав малоэффективность словесного убеждения, перешёл к более радикальным мерам. А что ему оставалось делать?
Патруль заходил в кафе, вырубал музыку и предупреждал работников и посетителей, что в городе чрезвычайное положение, эпидемия, что заведение закрыто. Не вступая в дальнейшие диспуты, омоновцы показательно разбивали музыкальные центры, при недопонимании давали аккуратных, исключительно для внушения, люлей борзой охране, показательную очередь в потолок и вежливо повторно просили всех покинуть помещение, разъехаться по домам и не отсвечивать на улице… А не то… Всё, дальше угрожать и объяснять было некому.
Такой метод действовал практически безотказно. Андрей ещё раз убедился, что высказывание какого-то американского гангстера о том, что с добрым словом и револьвером можно добиться гораздо большего, чем только с добрым словом, остается актуальным в любой ситуации…
Связываться с отмороженными омоновцами желающих всё же практически не было, особенно после того, как трупы нейтрализованных мертвецов постепенно начали накапливаться по маршруту работы патруля. Зомби, в основном из бомжей и бродячих собак, вначале единичные и подтягивающиеся со стороны трущоб поблизости рынка ‘Привоз’, представляли собой искусанные и изуродованные
