сухо щелкнул предохранитель и собаки, как будто натолкнувшись на невидимую преграду, мгновенно свернули на другую сторону улицы, живым потоком обтекая участок перед магазином, наши машины и Гоблина, изготовившегося к стрельбе из своего двенадцатого ‘Вепря’.
Охранник так и замер с открытым ртом возле входа в гастроном.
Подвывая от боли и припадая на окровавленную заднюю лапу, в хвосте стаи быстро проковыляла израненная псина, бросив в нашу сторону полный боли взгляд. От кого же так собачке досталось?..
— Эти псины, блин, задрали! — проворчал охранник, — развелось их, блин, выше крыши! Нет, ребята вы видели? Все здоровенные, калиброванные… Скоро страшно на улицу будет выйти!
— Выживают сильнейшие, — хмуро бросил в ответ Изя, а Гоблин, убедившись, что собаки скрылись из вида, как ни в чем не бывало, поставил карабин на предохранитель и бережно положил его обратно на заднее сиденье джипа.
— Странные вы ребята, — продолжил охранник, проследив настороженным взглядом за действиями Паши, — ружье-то охотничье по городу возить заряженным же запрещено…
— Собак мы боимся, отец, и людей плохих, — ответил я, — а что, есть желание ментов вызвать?
— Да ладно, я пошутил, — смутился охранник, — парни вы взрослые, и тебя я давно приметил, ты вон, с того дома напротив…
Илья дернул меня за рукав, взмахом головы указав в сторону входа в магазин.
— Отец, я там видел у вас на кассе портативный телевизор, — я всё же решил задержаться ещё на пару секунд. Дождавшись кивка охранника, продолжил, — вот тебе совет. Посмотри новости! Многое станет понятным. Извини отец, спешим мы…, — добавил я напоследок и направился вслед за Изей в гастроном.
— Игорь! — крикнул вслед Паша.
Я оглянулся.
Гоблин криво усмехнулся и постучал характерным жестом по шее.
— Водку не забудьте взять, пригодится…
— Вот всё у вас русских как не у людей, — пробурчал Изя, войдя в магазин и толкая перед собой дребезжащие тележки, — песец, полный песец наступает, а вы о чём? О водке вспоминаете…
— Не только о водке, — отозвался я, останавливаясь перед полкой с сухофруктами, — мы и спирта в аптеке наберем. А ты, Илья… Тоже мне, не русский нашелся…
— Я — одессит! — не растерялся Гольдман, загружаясь какими-то коробками, — я люблю вино, море, солнце…
Ещё два раза мы отоварились в гастрономе, приведя продавщицу в полнейшую прострацию.
Ещё бы… Два ящика водки, ящик коньяка, коробки сникерсов, супы разводимые, опять каши, шоколад в плитках, фасованные орехи, изюм, литровые банки с медом, измельченные приправы и отдельно цельные специи, чай, кофе, растительное масло…
Мы даже запыхались, загружая всё это добро в тележки, потом выгружая на прилавок, вновь загружая в тележки, а затем перекидывая продукты в машины. Но, понимая, насколько важно сейчас запастись всем необходимым, мы действовали быстро и эффективно.
Где-то минут через пятнадцать, в магазине появились два хмурых мужика, подхватили свободные тележки и тоже начали забивать их продуктами.
Охранник всё-таки посмотрел первый попавшийся выпуск новостей и, дождавшись пока мы в очередной раз рассчитаемся, начал что-то втолковывать кассирше. Но та только отмахнулась. Громко обозвав её дурой, пожилой секьюрити вышел вслед за нами и нервно закурил.
Нервно затягиваясь табачным дымом и глядя, как мы продолжаем забивать машины упаковками и коробками, он не выдержал и громко спросил:
— Ребята, блин, так что происходит? Вы так таритесь, как на войну собрались… Да и по телевизору какой-то бред несут… А эта толстая коза вообще не в адеквате, ржёт с меня… Дура!
— Отец, — ответил я, закрывая плотно забитый багажный отсек ‘Паджеро’, — то, что передаю по новостям, это не бред. Беда пришла, отец… Эпидемия! — охранник поперхнулся дымом, закашлялся, выронил сигарету и перекрестился, — уходить надо из Одессы, завтра всё плохо будет…
Тут Паша, уже севший за руль, нервно посигналил.
Кивнув на прощание побледневшему и продолжающему кашлять охраннику, я запрыгнул в машину.
— За лекарствами! — скомандовал я Гоблину. Мотор зарычал, и джип рывком тронулся от магазина, быстро набирая скорость. Позади тут же пристроился ‘Круизер’ Леры.
Без четверти четыре, я глянул на часы, нормально идем. Так, какие нам нужны лекарства? Надо было раньше позаботиться о списке…
— Дядя Леша не отвечает, — сообщил Паша, не отрывая взгляд от почти пустынной ночной дороги, — морозится…
— Да и забей на него, — ответил я, — баксы без дела не останутся. Есть у меня один хитрый план. Если получится, скинем все…
— Лера, это Шмидт, прием, — продолжил