Что делать, когда человеческая цивилизация поражена вирусом, превращающим людей в мёртвых монстров? Как выжить в этой немыслимой катастрофе? И выстоит ли Одесса в схватке с апокалипсисом? Готовьтесь, атакуют зомби!
Авторы: Смит Игорь Сергеевич
клиники. С другой стороны туши перевернутого автобуса, на углу Прохоровской-Мечникова, прямо на тротуаре замер милицейский «УАЗ». А вокруг машин лежали трупы… Явно гражданские люди, скорее всего, пассажиры этого самого автобуса, несколько медиков в порванных и залитых кровью белых и светло-зеленых комбинезонах, а из-под «Патриота» спасателей торчали ноги в берцах и характерной униформе эмчаэсовцев.
Паша скинул скорость и притормозил.
— Может не тудой поедем? — встревожено спросил здоровяк.
Вопрос решился сам собой. Из-за патрульного «УАЗа» на свет вышел пожилой капитан, нашел глазами нашу машину и требовательно махнул рукой с зажатым в ней «укоротом», приказывая нам подъехать ближе. Левая рука копа безвольно свисала вдоль тела, а наспех замотанный на ней бинт был весь пропитан кровью.
— Блин, влипли! — резюмировал Гоблин.
— Медленно подъезжай, — решил я, прекрасно понимая, что очередь из автомата на таком расстоянии превратит «Паджеро» в решето, — стань прямо на повороте на Прохоровскую, чтобы корпусом машины наших прикрыть…
Паша выдохнул, правой рукой подтянул и положил себе на колени карабин, и только после этого нажал на газ. Машина осторожно тронулась вперед.
— Лера! Изя! — продолжил я, поднеся к лицу руку с микрофоном, — оставайтесь на месте, мы посмотрим, что здесь произошло. Прием.
— Принял! Принял! — отозвались парни.
Не доезжая метров пяти до первых трупов, Гоблин слегка завернул направо и остановился.
— Сиди в машине, — сказал я, открывая дверцу, — если что… В общем, ты знаешь, где ехать…
— «Если что» не будет, — буркнул Ложечников, опуская стекло со своей стороны и снимая «Вепрь» с предохранителя.
Я выбрался из машины, повесил «Маринер» на плечо стволом вниз и двинулся к неподвижно стоящему менту.
— Капитан Беленький, — устало представился милиционер. Его бледное лицо блестело от пота, а раненая рука едва заметно подрагивала.
— Игорь Шмидт, ДНД, — ответил я.
Взгляд капитана скользнул по моему помповику, а потом он спросил, кивком головы указав в сторону «Паджеро»:
— А это что за громила в машине? Тоже дружинник?
— Павел Ложечников, вояка в отставке, служил в десантуре, — сказал я.
— И ты служил? — мент пристально глянул мне в лицо.
— Было дело…, — подтвердил я, пожав плечами и поправив пытавшийся сползти с плеча «Моссберг».
— Ладно, пошли тезка знаменитого лейтенанта, — бросил милиционер, поворачиваясь к «УАЗу», — не бойся, я вас надолго не задержу, — добавил он и указал автоматом на трупы, — а они уже всё… Не опасны!..
Капитан двинулся к машине, не выбирая дороги и наступая прямо на мертвых людей. Я перехватил помпу обеими руками и осторожно, огибая трупы, пошел следом.
…Молодая рыжеволосая девушка с разорванным горлом и в залитом кровью салатовом джемпере… Рядом парень, уткнувшийся лицом в землю, с сорванным скальпом и явно пулевым отверстием на затылке… Чья-то обглоданная кисть… Полный мужчина в оранжевой рубашке, по диагонали перечеркнутой автоматной очередью… Молодой врач или санитар в порванной и грязной одежде, всё ещё сжимающий перевитую жгутом и покрытую укусами ногу… Милиционер, судя по остаткам униформы, с крошевом на месте головы из-за очереди с близкого расстояния…
Я судорожно сглотнул, стараясь не дышать носом.
Капитан дождался меня возле трупа милиционера и глухо сказал:
— Мы когда подъехали, мертвяки из автобуса медиков и эмчаэсовцев уже прикончили… Мы охренели, просто охренели, глядя как зомби спасателя объедают! Вон того, — мент указал на груду тряпья, посередине которой торчали бело-розовые ребра, — мы так охренели, что Петя стрелять начал только тогда, когда его самого укусили… Мне тоже досталось, — почти шепотом добавил офицер и пошел к машине.
Забравшись на переднее сиденье жалобно скрипнувшего «УАЗа», милиционер пошарил на заднем сиденье и вытащил оттуда обычный армейский рюкзак. Повернувшись, мент опять оглядел меня пристальным взглядом, вытер грязным рукавом с лица пот и, неловко действуя одной рукой, расстегнул горловину рюкзака. Затем взял с колен автомат и сунул его в звякнувший рюкзак. Опять вытер выступивший на лбу пот и глухо застонал, инстинктивно потянувшись к раненой руке.
— Мы можем чем-то помочь? — не выдержал я и спросил у капитана.
— Нет, — хрипло выдавил милиционер, — спасения от этой гадости нет… Я видел, как умирали люди, я видел, во что превратился мой напарник…
Капитан помолчал, потом собрался с силами, застегнул рюкзак и скинул его мне под ноги. Опять пошарил в машине и бросил на рюкзак два светло-серых бронника старого
