Одинокий демон. Тетралогия

девчонки долго шуршали и шушукались за занавеской, пока я в конце концов не выдержал:
– Ну вы че там, поумирали, что ли?
– Оно все короткое! – высунула голову изза занавески Лисса, обматывая ее вокруг себя и шеи, чтобы ни щелочки не было.
– Короткое? Оно и должно было быть таким. Вылезь, я посмотрю!
– Ну… вот…
Лисса осторожно вышла изза шторки. На ней был желтый пиджачок, изпод которого снизу выглядывал пупок и светлая полоска живота. А все остальное, в чем она пришла, Лисса даже не сняла: штаны и маленькие сапожки были попрежнему на ней.
– Не понял, – сказал я, – а остальное?
– Оно короткое! – круглыми испуганными глазами вытаращилась на меня Лисса.
– Надевай!
– Ну…
– Боишься?
– Чего? – нахмурилась она.
– Нового. Стать не такой, как была, – сказал я, – страшно?
– Ничего я не боюсь!
– Ну так давай! Покажи мне, какая ты смелая.
Лисса закусила нижнюю губу, глянула на меня исподлобья и, резко крутанувшись кругом, скрылась за занавеской.
Как хорошо, что они еще молодые, подумал я. Так легко «на слабо» ведутся. А я и не думал, что в молодости варги такие скромницы. В коротком не выйдут. А те, что постарше, на мужиков без затей бросаются. Такая метаморфоза за какихто несколько лет…
– Вот! – с вызовом уперев правую руку в бок, сказала Лисса, выходя из раздевалки.
– А нука! У… у… какая ты прелесть! – разглядывая ее, я до максимума поднял трансляцию восхищения в ментал. Та, наклонив голову, не отрываясь, смотрела мне в лицо. Изза занавески высунулись четыре головы, внимательно отслеживая из своего укрытия обстановку снаружи.
– Повернись! В другую сторону! Ок! Просто чудесненько. А нука давай попробуем, как ты будешь смотреться в движении. Пошли! – сказал я, махнув рукой, и, повернувшись к ней спиной, пошел к зеркалам. – Готова? Делаем выход. На счет раз! И… Просто прелесть! – похвалил я, завершив серию движений. – Нигде не тянет?
– Нет… вроде… – повела она плечами.
– Ладно, сейчас еще пару прогонов сделаем, поймешь.
Тут изза занавески вышли остальные участницы, тоже в сценических костюмах.
– Вау! Какие вы красавицы! Глаз нельзя оторвать! Настоящие мегазвезды эстрады!
– Чего… мы?
– Победительницы! А чтобы побеждать, нужно много работать. Построились, построились! Посмотрим, как на вас костюмы держатся! – скомандовал я и полез за свои барабаны. У меня была мегаустановка из нескольких бочек, со стороны смотревшаяся совершенно отпадно. – Готовы? И… раззз!
Прогнав их пару раз, я вылез и приступил к осмотру повреждений, причиненных костюмам.
Видимых разрушений не было.
Ну и славненько, вроде ничего по швам не полопалось. Молоток портной…
Бац!
– Ты что дерешься, сдурела, что ли? – возмущенно воскликнул я, тряся горящей от удара правой кистью в воздухе.
– А чего ты мне под юбку лезешь?
– Я?!
– Ты!
– У тебя чулок сполз!
– Сама поправлю!
– Да хоть обпоправляйся! Меня резинка интересует. Может, она слабая или растянута?
– Сама посмотрю!
– И чего ты там увидишь? Мне же со стороны виднее!
– Нечего тебе туда смотреть!
– Да боже мой, чего я там не видел?
– И чего ты видел? – с интересом наклонив голову, спросила меня Нелла.
– Все! – ответил я, вспомнив гиги эротики и не только, с которыми ознакомился в свои первые месяцы на Земле.
– Ну надо же… ты, оказывается, еще и в этом мастер…
– Так, – сказал я, прерывая переходящий на фривольную тему разговор, – вы вообще представляете, кого сейчас видите перед собою? А?
– И кого же? – немного манерно растягивая слова, спросила Нелла.
– Вот это, – постучал я себе в грудь указательным пальцем, – это не мужчина! Это даже не человек. Это гораздо хуже. То, что вы сейчас видите, это помесь худрука с продюсером, пиарменеджером, руководителем балета и мастером спецэффектов. Еще в это скоро войдет рокгруппа, мастер по свету, макияжу, костюмер… впрочем, он уже там. Короче, я не человек. Я атас, который вам выкрутит руки, ноги, вскипятит мозги и проест плешь, но в конце концов он добьется того, чтобы вы сделали, как ему нужно! Понятно?!
– А кто они… эти? Друки… и дрюссеры?
– Все, кто должен быть, но нету! Я за них за всех – один! – тыкая себя пальцем в грудь, продолжил я. – Вам ясно? И поэтому, когда я к вам прикасаюсь, то это совсем не я к вам прикасаюсь, а организатор! Организатор вашего выступления! Который хочет, чтобы вы были лучшими. Понятно?
Некоторое время царила тишина. Народ обдумывал услышанное.
– Да мы, собственно, не против… чтобы ты сделал с нами все, что нужно… – подала голос Нелла.
Я наклонил голову и уставился на нее изпод бровей,