Одинокий демон. Тетралогия

только взял? Хотя ему идет… Но хоть он и странный, но смелый. Как он эту Алистеру! Вот ведь противная какая! Это она ко мне изза того, что я ее обрызгала у фонтана, цепляется… А Эри, оказывается, уже умеет делать заклинания. Нужно мне тоже быстрее научиться… Полезут в следующий раз – я им покажу! И сплетницам этим тоже! Какоенибудь проклятие на язык! Чтобы не двигался. Захотят про меня гадость сказать – а он не шевелится! Вот смехуто будет! Хотя это нехорошо… людей проклинать. Это только темные душой делают… У меня же душа не темная? И что теперь? Они будут про меня гнусности говорить, а я буду молчать? Может, если по чутьчуть проклинать, душа не потемнеет? Я вспомнила злорадные лица своих обидчиц и вздохнула.
Нет… По чутьчуть, наверное, не получится… На них чутьчуть не подействует… по лицам видно, что им нужно будет самое сильное…
Ругаясь на сплетниц и размышляя сразу обо всем, я добралась до нужной мне аудитории, которая встретила меня пустотой и гулким эхом. При виде этой пустоты у меня сжалось сердце, и вся злость кудато делась. Не пришел… Наверное, передумал… Он ведь может стать кем хочет… Он радужный! Таких со времен древних не было. Зачем ему быть темным? Это незавидная участь. Видимо, он передумал и выбрал другой факультет. Как бы я хотела тоже иметь возможность выбора!
Я снова вздохнула. Прозвенел колокол, извещающий о начале занятий. Шум, залетающий из коридора, стал стихать, и меньше чем через минуту стало совсем тихо.
Не пришел…
– Хай! Ты чего тут одна делаешь? Спишь, что ли?
От внезапно раздавшегося громкого голоса я буквально подпрыгнула на месте. Оборачиваюсь. Из приоткрытой двери выглядывает голова с темной шевелюрой и насмешливым прищуром темных глаз.
Эри! Он пришел! Он всетаки пришел!
Не скрывая радости, улыбаясь, я смотрю на него.
– А где наш препод? – поинтересовался Эриадор, входя в аудиторию. Под мышкой правой руки он держал чтото зеленого цвета.
– Вот, никого нет, – развела я руками, – сижу, жду.
– Ясно, – кивнул он в ответ и произнес с довольным видом непонятное слово: – Кульненько!
– А почему вы не в мантии? – глядя на него, спросила я, решив не уточнять, что значит это слово.
На Эриадоре был камзол из черной ткани и такого же цвета штаны, заправленные в короткие черные сапожки.
– Ну не могу же я это взять и надеть! Вот так сразу. Даже не примерив!
С этими словами он небрежно плюхнул на стол рядом со мной то, что держал под мышкой. Я с удивлением увидела, что это мантии. Три зеленых целительских мантии…
– Вот, получил, – с непонятной интонацией в голосе произнес Эри. – А черных он мне не дал. Сказал – нету! Ты свою где брала?
– Мне на заказ шили, – ответила я, – у управляющего черных мантий не было…
– И мне сказал, что нужно шить на заказ, – слегка наморщил нос Эриадор.
– Они быстро шьют. Мне за два дня пошили. И вам, наверное, так же будет…
– Давай на «ты»! – предложил Эри.
– Что? – не поняла я.
– Предлагаю обращаться на «ты», – повторил Эриадор. – Нам с тобой, похоже, еще долго вместе учиться, поэтому давай на «ты»! Можешь звать меня Эри. Согласна?
– Да, согласна! – с удовольствием кивнула я.
– А насчет мантии ты переживала совершенно зря, – сказал Эри, указывая рукой на брошенные на стол мантии. – Вон, сама посмотри!
– На что? – вытянула я шею.
– Цвет. Тебе такой не пойдет.
– Почему? – спросила я, внимательно разглядывая ближайшую ко мне мантию.
– Какогото он гавн… грязноватого какогото оттенка. Не твой цвет. К твоим глазам лучше черный. Или белый.
– Дааа?
Видно уловив моем голосе недоверие, Эри уставился на меня, глядя чуть изпод бровей.
– Не веришь? – В его голосе прозвучала легкая насмешка. – А ты примерь! Сама увидишь.
– Как же я ее примерю? – растерялась я. – Тут негде… Потом, это ведь твое… И, в конце концов, это просто неприлично!
– Да? Тогда просто приложи ее к себе!
– Ааа…
– Давай, давай! Не стесняйся! Ты же хотела такую манию! Вот и попробуй!
Хотела… Но не так… Как он вольно обращается с тем, о чем другие только мечтают, пришла мне в голову неприятная мысль.
– Ты действительно на это согласен?
– Согласен? – не понял Эри. – Да, согласен. Я тебе об этом и говорю.
– Но ведь это мантия! Это символ…
Пару секунд Эри внимательно смотрел на меня.
– Извини, – произнес он, – для тебя это много значит. Я не подумал. Прости.
– Да нет… ничего… Просто… понимаешь… я…
– Я понял. И извинился.
– Все хорошо. Я не обижаюсь. Правда.
Возникла неловкая пауза.
– Ты действительно не обидишься, если я ее немножко подержу? – не выдержала я затянувшейся тишины. Мне вообщето действительно очень хотелось