Одинокий демон. Тетралогия

Это противоречит физиологии! Я тебе как женщина и как целительница говорю, – вынесла вердикт Жустина непререкаемым тоном. – Он просто пошутил над вами. Нигде и никто о таком не слышал.
– Если никто ничего об этом не слышал, то это совсем не значит, что этого не существует, – раздался сзади спокойный голос. – И весьма странно слышать столь легкомысленные заявления из уст лучшей ученицы целительского факультета. Так могут говорить, пожалуй, только необразованные крестьяне за кружкой дешевого пива в какомнибудь трактире…
Оборачиваюсь – Эри! Скрестив на груди руки, в черной мантии и с насмешливым выражением лица. Эри…
Я внезапно поняла, что совсем не сержусь на него…
– Что вы имеете в виду, господин князь? Объяснитесь! – сильно сдвинув брови, нахмурилась Жустина.
– Я имею в виду то, что вы сказали. Миленькую, забавненькую глупость, вполне простительную для девушки, но никак не допустимую для целителя. Для знающего целителя, конечно!
Эриадор со значением произнес последнюю фразу.
– Вот как? Господин первокурсник хочет показать, что он тут умнее всех? Ну что ж, я с удовольствием выслушаю вашу глупость. И посмеюсь над ней. Давайте, расскажите всем нам. – Жустина развела руками в стороны, призывая всех принять участие в разговоре. – Давайте! Что же вы?
– Извольте. Дело все в том, уважаемая госпожа целительница, что вы не знаете одной совершенно простой вещи. Или не желаете ее признавать. А вещь эта в том, что женщины – гораздо более животные существа, чем кажутся на первый взгляд. Животные – это значит ближе к животным, по своему развитию и строению, – пояснил Эри свою мысль. – И поэтому, благодаря их столь простому устройству, совершенно несложно вызвать у них разнообразные чувства. Вплоть до самых ярких. Даже любовного наслаждения. У любой и за пару минут. Это я вам как целитель первого курса университета говорю.
– Что он несет? – возмутилась я, услышав, что он сказал. – Какое такое я ему животное?
У всех девушек, стоящих рядом с Жустиной, выражение лиц тоже стало недовольным.
– Да что вы говорите, – насмешливым тоном, скрестив руки на груди и нехорошо сощурив глаза, произнесла Жустина. – Животные, значит? Обоснуете?
– Неа, не обосную, – отрицательно помотал головою Эриадор. – Докажу!
– Ооо, даже так? Как интересно! И как?
– Предлагаю пари! – громко, чтобы было слышно всем, произнес Эриадор. – Пари между мной и госпожой Жустиной! На следующих условиях. Мы с госпожой целительницей уединяемся за занавеской. Если через минуту она не будет кричать от восторга, то я проиграл, если будет – то я победил! Проигравший ведет всех свидетелей пари в лучший трактир города – «Белый лебедь»! Свидетели – все присутствующие! Ну как, все согласны?
– Ууу, дааа, – одобрительно замычали со всех сторон. – Согласны!
– Ну вот, все согласны, – обратился Эри к Жустине. – А вы согласны, госпожа лучшая ученица?
– Я? Эээ…
– Что же вы, неужели вы готовы отказаться от своих слов?
– Каких слов?
– Все прекрасно слышали, что вы говорили. Спросите, они вам расскажут. Ну так что, вы отказываетесь от пари и при всех признаете мою правоту? Или как?
– Ничего я не отказываюсь!
– Тогда пари?
– Почему вдруг сразу пари?
– Но ведь вы же подвергли сомнению мои слова! И кому как не вам стоит убедиться, что все честно, без обмана? А то, если будет ктонибудь другой, скажете опять, что все подстроено. Вы готовы делом подтвердить свои слова?
– Ну… я не знаю… както все неожиданно…
– Дворяне отвечают за свои слова.
– Хорошо, я согласна!
– Отлично! Все слышали?
– Дааа… – вразнобой отозвались вокруг. – Пари.
– Только без занавески, – сказала Жустина.
– Дело в том, что это знание – старинная семейная тайна, передающаяся из поколения в поколение, – пустился в объяснения Эриадор. – Я поклялся отцу, что передам ее своим детям и только. Вы понимаете? Поэтому мне важно, чтобы никто не видел, как это делается. Я могу вам при всех поклясться чем угодно, что не позволю себе никаких вольностей. Не буду никуда лезть и за чтото там хватать. Всего лишь легкое прикосновение к вашей шее, и все! Вы поставите щит против магии, вы же умеете! И все будет честно и прозрачно. А с вашей честью за одну минуту за занавеской со мной, да еще при таком количестве свидетелей, ничего не случится. Или вы придумали повод отказаться от пари?
– Я не отказываюсь от своих слов. Но где же мы найдем эту занавеску? – непонимающе спросила Жустина. На фоне Эриадора выглядела она неуверенно.
– В большом зале есть портьеры на окнах. За ними не то что мы с вами, взвод гвардейцев поместится! Пойдемте! Скоро уже перемена закончится!
– Хорошо.