Одинокий демон. Тетралогия

Пойдем.
– В большой зал, все в зал! – приложив руки рупором ко рту, прокричал Эри.
С шутками и прибаутками толпа свидетелей вместе со спорщиками повалила по направлению к залу, обрастая по пути новыми заинтересованными лицами. В результате туда пришло человек под двадцать. Я тоже пошла с ними. Было интересно, чем это закончится. Да и Эри, может, удастся намекнуть, что я его прощу…
– Прошу вас! – Эри указал Жустине на большую портьеру из плотной светлокоричневой материи у первого окна. Сразу у входа.
– А как будем определять время? – растерянно спросила она, видно никак не ожидавшая такого стремительного развития событий.
– Вслух будут считать! Как крикну, начинайте! До шестидесяти! Понятно? – обратился Эри ко всем присутствующим.
– Да… ага… хорошо, – вразнобой ответили ему.
– Готовьтесь.
Эри вместе с Жустиной зашел за портьеру и задернул ее.
– Готовы? – спросил он оттуда.
– Да! – хором ответили ему.
– Начинайте!
– Раз… два… три… четыре… – сначала нестройно, но затем, выровнявшись, дружно принялись считать все.
Я не считала, а смотрела на портьеру. Мне совсем не нравилось, что он там наедине с ней. Пусть даже и при свидетелях. И спор какойто дурацкий…
– …пятнадцать, шестнадцать…
– Ах! – громко раздалось изза портьеры.
– …восемнадцать, девятнадцать…
– АаааааААААААА!
Портьера отлетела в сторону, открывая, что творится за ней. Эриадор, не давая упасть Жустине и сильно наклонившись вперед, прижимал ее к себе, подхватив левой рукой за талию. Другой рукой он схватился за портьеру. Жустина же, упершись ему в грудь выпрямленными пальцами обеих рук и что есть силы изогнувшись через его руку назад, самозабвенно вопила восторженным голосом.
Голова ее была запрокинута, волосы свесились чуть ли не до пола, а лицо было искажено гримасой сладострастия. Выглядела она в этот момент не очень здорово.
Я бы не хотела, чтобы меня видели в такой момент, невольно подумала я, глядя на ее покрасневшее лицо.
Наступила тишина. Жустина перестала кричать и, закрыв глаза, обмякла в руках Эри. Он осторожно потянул ее к себе, ставя на ноги.
– Мм… – Жустина, все так же не открывая глаз, прижалась щекой к правой стороне груди Эри, положив на ее другую сторону ладонь с растопыренными пальцами. Эри обхватил ее руками за плечи и прижал к себе.
– Мм… мм… мм…
Словно кошка, все так же не открывая глаз, девушка неожиданно принялась тереться головой о его грудь. На ее лице была улыбка неги и блаженства. Эри же улыбался както насмешливо, с оттенком легкого презрения на лице… Стояла полнейшая тишина. Все, замерев, молча смотрели на них.
– Мм… мм… мм…
– «Белый лебедь», – громко сказал Эри, наклоняясь к ее уху.
– Мм?
Жустина открыла глаза. Первое мгновение в них было выражение, будто она гдето далекодалеко, потом в них появилось осмысление. Внезапно она широко их распахнула, увидев толпу людей, с любопытством глазеющую на нее.
– Ой!
Она дернулась из объятий Эриадора назад и оступилась.
– Осторожнее!
Эриадор аккуратно придержал ее за талию.
– Милое животное, вы проиграли спор… – с насмешливой улыбкой наклонился он к ней. – И теперь неплохо было бы сходить в «Белый лебедь», отметить это событие.
– Ты… ты… ты… – обернулась к нему Жустина.
С ее лица ушла вся радость, а губы предательски искривились и задрожали.
– Как насчет пожрать? – нагло ухмыльнувшись ей в лицо, поинтересовался Эри.
– Мерзавец! – громко вскрикнула Жустина и залепила ему пощечину.
Ну… почти залепила. Эри ловко отвернул голову и отскочил в сторону, так что ладонь Жустины пролетела мимо его щеки, дернув нетвердо стоящую на ногах девушку вперед.
Она чуть не упала.
– Насчет оплеух договора не было, – зло сощурив глаза, сказал Эри. – Проиграли так проиграли! Расплачивайтесь!
– Поддонокк, – сдерживая рыдания, трясущимися губами произнесла Жустина. Ее глаза наполнились слезами. Повернувшись спиной к Эриадору, на подгибающихся ногах и закусив нижнюю губу, она направилась к двери. По ее щекам потекли слезы. Все так же молча все расступились и провожали ее взглядами, пока она качающейся походкой шла по этому коридору. Дойдя до дверей, Жустина зацепилась плечом за косяк и боком вывалилась из зала.
Прозвонил колокол, извещая о конце перемены. Все стали расходиться, стараясь не смотреть друг на друга. Похоже, всем было неловко.
– Пойдешь со мной в «Лебедя»? – неожиданно поинтересовался Эри, обращаясь ко мне.
– Нет, – медленно покачала я головой, – ты сейчас был просто омерзителен… Я не желаю с тобой никуда идти!
– Почему? – искренне удивился он.
– Нельзя