Одинокий демон. Тетралогия

– Ну вот видишь? – услышав ответ, говорит Эриадор, поворачиваясь и обращаясь к Стефании. – Я же тебе говорил, что они не сюда побежали! А ты уперлась: «К толстым побежали, к толстым побежали! Они жирных любят!» – тонким голосом, передразнивая, произносит Эриадор и командует стоящей с обалделым видом Стефании: – Побежали отсюда! Их тут нет!
И ко всем в лаборатории:
– Дамы, мы вас покидаем! Тысяча извинений!
Трах!
Захлопнулись половинки двери. Быстрый топот убегающих ног, и стало тихо.
– Что это было? – наконец озадаченно спросил ктото пару минут спустя, и все разом заговорили, обмениваясь впечатлениями.
– У них что… Зомби сбежали?
– Они с ума сошли! Некромантия запрещена!
– Может, у них и скелеты есть?
Стройная девушка с красивой фигурой, держа над своим котелком замершую палочку, медленно наклонила голову к плечу и обвела взглядом всех присутствующих.
– Это кого она тут жирными назвала? – с искренним недоумением произнесла она.
Летящий под ноги паркет. Свист воздуха в ушах. Рвущийся из груди хохот. Дробный стук каблучков сзади.
– Стой! Стой, я тебе сказала! Поймаю – убью!
В развевающейся черной хламиде сзади меня черным призраком мщения несется Стефания, пытаясь догнать. Догнать и убить за только что учиненную ей подставу.
– Стой, я тебе сказала!
Ага, щас! Что я, дурак, что ли? Поворот! Коридор! Лестница! Прыжок!
– Стой!
Поворот. Закуток. Гардина. Дверь. Заперто! Тупик! Ааа! Ууубийцы!
– Ага! Попался!
– Хахаха! – Не выдерживаю, начинаю хохотать во весь голос. Сзади по спине что есть силы барабанят Стефины кулачки.
– Как ты… мог… такое… сказать! Они… же… меня… теперь…
И отвешивает мне по спине кулачками – тум, тум, тум!
– Хахаха! Хаха!
Выворачиваюсь, перехватываю ее руки и притискиваю к стене.
– Я… тебя… щас… – вырывается она. Я не выпускаю.
Борясь, возимся несколько секунд. Какая она мягкая! И гибкая…
– Гм… Гм! – раздается неожиданно рядом.
Оборачиваюсь. Рядом, непонятно откуда взявшийся, магистр в голубой мантии воздушников. Седые волосы, густые брови и аккуратная бородка. Серые, цепкие глаза. Руки сложены за спиной, лицо строгое, с порицанием. Но в ментале чувствую иронию.
– Гм… – еще раз прочищает он горло. – Молодые люди, я вполне понимаю вашу молодость и восторг. Но все же напомню вам, что у нас здесь университет. Прошу вас вести себя… потише. Господа, идут занятия…
– Да, магистр. Прошу простить, – ответил я, выпуская Стефанию и одергивая на себе одежду, – мы несколько увлеклись, обсуждая одну тему… Понимаете, возникли некоторые разногласия…
– Разногласия? – с иронией прищурился магистр. – Да, разногласия даже среди опытных магов – это сплошь и рядом. Однако, как позволяет судить опыт моих прожитых лет, выбранный вами путь к консенсусу, пожалуй, наиболее правильный… Но прошу вас – потише. Не шумите…
Магистр сделал кивок и, дождавшись от меня ответного знака уважения, солидно двинулся по коридору, все так же держа руки за спиной.
Стефания, сопя, пыталась расправить закрутившуюся на ней мантию.
– Зачем ты это сделал? – наконец спросила она, приведя себя в относительный порядок.
– Дабы отвлечь тебя, – ответил я, с улыбкой глядя на сердито сопящую Стефи.
– От чего? – надула она губы.
– Все от того же. От дурных мыслей.
– Вот уж спасибо! – с едким сарказмом в голосе ответила она, поправляя растрепанные волосы. – И как я теперь буду со старшекурсницами разговаривать? Объяснять, что я тут ни при чем?
– Ну ты с ними и раньше особо не разговаривала. Так что невелика потеря. Зато когда они тебя «пинать» будут, голова твоя будет занята ими, а не сама знаешь чем.
– Так это что, лекарство такое?
– Ага.
– Спасибо тебе, просто преогромное спасибо! За заботу.
Голос Стефании просто сочился ядовитым сарказмом.
– На здоровье. Только если ты думаешь, что на этом все закончилось, то это ты зря…
– А что? Что еще?
– Срыв занятий у целительниц, который наверняка потребуется объяснить преподавателям, а может, и ректору, – начал демонстративно загибать я пальцы, – разборки со старшекурсницами, слухи о том, что мы с тобой обжимаемся по углам… Как пить дать, ктонибудь еще чтото придумает… Короче, ближайшее время ты будешь занята.
– Ах ты… – задохнулась от возмущения Стефи. – А что я Динию скажу, если сплетни дойдут до него?
– Ничего. Проверишь его на чувства к себе. Посмотришь, кому он поверит… Посмотришь и сделаешь выводы. Нормальный ход.
– Да ты… Знаешь, ты кто?!
Короче, со Стефи мы тогда поругались. Точнее, она поругалась со мной. Но ненадолго. Дня на