Одинокий демон. Тетралогия

Все равно сейчас особо делать нечего…» (Раздумье.)
«Спасибо! Тогда я переезжаю к тебе?!» (Энтузиазм.)
«Куда это… ко мне?» (Недоумение.)
Я повернул голову и с удивлением уставился на нее.
«В твою карету. Можно будет в дороге магией заниматься!» (Энтузиазм, бьющий фонтаном.)
Стефания тоже повернула голову и встретилась своими глазами с моими.
– Чтобы ты ее разнесла и мы пошли пешком? Нет уж, дудки! – вслух произнес я.
– Но можно заниматься чемнибудь… таким. Неопасным. Научи меня щит ставить! Я ведь так толком и не научилась…
– И где ты собираешься у меня… разместиться? На соседней койке, что ли? Тебе не кажется, что это… совсем уж?
– Зачем? Там, где кресла. Я помещусь. Возьму постель, на которой сплю, постелю, и все. Я тебе мешать не буду…
– Мда? Красавица, а ты слышала такую фразу, что в одну воду можно войти только один раз? Это в смысле того, что обратного пути уже не будет. Понимаешь?
«Хороший повод, чтобы осуществить задуманное. Правда?» (Азарт, решимость.)
«Сжигаешь за собой мосты? Это нынче не модно… и опасно». (Сомнение такой необходимости, нежелание связываться.)
«Ну и что? (Уверенность в своей правоте.) Я решила! А знаешь, как холодно в палатке? Все тело немеет. Я утром разогнуться не могу. Все болит…» (Страдание.)
– Теплый фургон в обмен на репутацию? Забавно…
– Я не выйду замуж. Я решила. И меня это не волнует.
– И что? Репутация нужна только для этого?
– Ты же сам говорил, что я темный маг и могу позволить себе гораздо больше, чем другие… Гораздо больше… ну пожалуйста… Эри…
Стефания просительно смотрела на меня.
– Да не жалко… в общемто… пола. Чего его жалеть… Как хочешь. Решила так решила…
Так Стефи стала путешествовать вместе со мной. Что, ессстественно, послужило поводом для разговоров всего отряда. Нас обоих разглядывали, шушукались, бросая в нашу сторону многозначительные взгляды. Но все держались в рамках приличий. Никто себе не позволил открыто давать комментарии. То ли народ попался интеллигентный, то ли все помнили про мой хороший слух и не хотели связываться… Стефания надела на себя маску холодного высокомерия и носила ее, не снимая, весь день. Исключение делалось только для меня. Вещи она перенесла, кобылу свою пегую сдала на попечительство моему слуге, выполняющего роль конюха. С этой кобылой… Короче, перед самым отъездом конюх произвел внезапную замену в лошадином составе, заменив одного тяжеловоза. По моей задумке черную карету тянет четверка черных жеребцов. Стильно. Антуражно. В канве. Когда я увидел, что один из них рыжий, я просто обалдел. Ведь было же куплено четыре черных!
– Откуда взялась эта рыжая скотина? – поинтересовался я у конюха, как только его увидел.
– Господин, копыто у него загнило.
– Что значит загнило?
– Болячка такая. Внутри. Кость гниет. Такую лошадь только на живодерню.
– Ну а куда ты смотрел, когда покупал?
– Недосмотрел, господин. Простите меня… Сразу не увидел, а потом смотрю – прихрамывает. Постучал по копыту – а он дергается. Больно. Все ясно – гниль.
– Ладно, понятно. А рыжий откуда?
– Дык я его поменял у торговца, который нам лошадей продал.
– И что, он поменял? Вот так просто взял и поменял? – с недоверием спросил я.
– Не просто, – вздохнул конюх, похоже припомнив процесс обмена. – Сначала не хотел. Но когда я ему сказал, что мой господин темный маг и что он будет очень недоволен проданной ему больной лошадью, он передумал. Но черных у него тогда не было. Только пегие и рыжий. Ну я взял рыжего.
– Лучше уж пегого, – теперь уже вздохнул я. – А напрячь торговца, чтобы он нашел черную масть, слабо было? Он же не один там, поди, на рынке лошадьми торговал? Уж если пугать так пугать…
– Господин, времени уже не было. Все в последний момент открылось. Если бы он пошел искать, мы бы опоздали в университет.
– Ясно, – сказал я, – такой выезд испортили… Ладно хоть не в дороге все выяснилось…
– Да, да, – обрадованно закивал головой конюх. – Вы не сомневайтесь, этот хорош. Здоров. Гольшитской породы. Кением кличут. Молодой совсем.
– Кем, кем? – переспросил я.
– Кений. Кличка у него такая, – пояснил конюх.
– Нуну, – прокомментировал я.
Этот Кений мне сразу не понравился. Я и так лошадей не люблю, а у этого морда вообще дурная и восторженная. Абсолютно идиотское выражение. Все лошади как лошади – рядом с кормушкой стоят, жуют, отдыхают после длинного дня. Этот же, как только отвязали, сразу кудато скакать рвется. Душа ему, что ли, не тяжеловоза, а рысака досталась? Даже не пожрет толком – скакать! Шило под хвостом. После того как его два раза ловили, веселя охотой весь лагерь, конюх стал его