Одинокий демон. Тетралогия

есть на примете? От женихов небось отбоя нет? Чего молчишь?
Все вновь заулыбались, с интересом смотря на мое внезапное смущение. Чувствуя свои неожиданно запылавшие щеки, я с ужасом подумала, что они сейчас еще не знают, но пройдет деньдва, и им наверняка расскажут про Диния. Про Диния… и меня! Столица с удовольствием поделится своими сплетнями. И тогда семья возьмется за меня. Отмолчаться не получится. Они же мои родные! Будут трясти, пока я им все не расскажу. Станешь молчать – обидятся. Ругаться с близкими мне не хотелось. Они ведь мои, и я так давно их не видела! Но и сил выставлять напоказ потаенные уголки души я тоже в себе не чувствовала. После разговора с Эри я взглянула на отношения с Динием несколько иначе. О том, к чему они могут привести, я раньше както вообще не думала. Главным для меня было то, что я его люблю, а он любит меня! И это сейчас самое главное, но Эри, как обычно, прав. В наших отношениях с Динием всегда будет другая – империя. Он принц. И это не может не накладывать свой отпечаток.
Оо… Эти завистливые, все понимающие женские взгляды…
«Я с ним не потому, что он принц! Слышите, вы!» – так и хотелось крикнуть им прямо в лица. Но я молчала, понимая, что вопль мой вряд ли будет ими услышан.
– Никому ничего не докажешь, – сказал мне тогда Эри, когда я попыталась поговорить с ним по поводу изменившегося отношения ко мне окружающих. – Тебе просто банально завидуют. А зависть – она не лечится. Так что смакуй, а на окружающих наплюй! Говорят, что настоящая любовь бывает только раз. Поэтому стоит насладиться каждым ее мгновением. Гадости о себе еще успеешь послушать. Вот они уж точно никуда не денутся!
Ну, я и последовала его совету. Мое – это мое! Только для меня! Только для него! Не для вас! И вот теперь придется рассказывать… Пусть даже маме. Тогда меня спас младший брат. Воспользовавшись возникшей паузой, он задал вопрос, который его, похоже, мучил с того момента, как он меня увидел:
– А где же твоя черная мантия? Какая же ты тогда темная тварь, если ты не черная, а зеленая?
Пауза за столом была более чем неприятная. Отец самолично дал ему затрещину, хотя никогда до этого руку ни на нас, ни уж тем более на своего единственного наследника не поднимал.
Я тогда перевела все в шутку, пообещав надеть в следующий раз мантию темного факультета.
– Он еще маленький, – примиряюще сказала я и дала ему поиграть со значкомглазом. Шутка шуткой, но душу мне это происшествие царапнуло.
«Неужели меня так называют дома?» – с недоумением подумала я тогда. И вот теперь мама хочет поговорить о личном. Моем личном. Не хочу!
Но вот сегодня, сейчас… Разговора избежать не удастся.
– Что, правда? – переспросила я.
– Ты фаворитка принца?
Сердце сжалось и ухнуло вниз. В животе стало холодно. Вот так! Фаворитка…
– Я не фаворитка… – тихо прошептала я, что есть силы сжав пальцами край лавки, на которой мы сидели, – не фаворитка…
– А кто?
Мать требовательно смотрела на меня.
– Я… я люблю его… – так же тихо произнесла я, стараясь не смотреть на нее.
– Хм…
Пауза. Длинная пауза.
– Вот, значит, как… – наконец произносит мама. – Наивная ты моя девочка, – начала она. – Прости… Наверное, это жестоко, но пора становиться взрослой. Неужели ты всерьез рассчитываешь войти в императорскую семью? Ну не будь такой простушкой. Посмотри, где мы и где они!
Горло сдавило, и очертания предметов поплыли в предательских слезах.
– Твое поведение, конечно, достойно порицания… – (Мое поведение?) – Но коль все так вышло, и богам было угодно, чтобы их высочество принц обратил на тебя свое благосклонное внимание… То сейчас необходимо подумать о будущем. Пусть это прозвучит цинично, но нужно, чтобы твоя потерянная честь стала основой твоего благополучия…
– Ничего она не потерянная…
– Но ты же спишь с ним?
– Я не сплю с ним! – вскинулась я. – Не сплю!
– Ты сума сошла! – ахнула мама, отшатываясь назад. – Каак не спишь?
– Так…
– Стефания! – всплеснула мать руками. – Ну что ты за глупая у меня такая! Тебе срочно нужен ребенок! От него! Пусть он будет незаконный, пусть бастард, но кровьто императорская! Император внука не оставит. Все знают, как живут его бывшие любовницы. И у всех у них дети. Их величество добрый… И его сын наверняка также буде…
– Нет!
Во рту у меня стоял неприятный металлический привкус, а внутренности дрожали противной холодной дрожью.
– Нет!
– Что нет, дорогая?
– Так не будет!
– Но, дочка… Я понимаю, ты сейчас во власти чувства… но нужно подумать и о будущем. Любовь приходит и уходит, а жить нужно каждый день. Если ты не знаешь как, то я могу помочь…
– Нет!
– Ну, дочка…
– Нет!
– Какая