Одинокий демон. Тетралогия

кулака свои пальцы.
Девочка опять обиделась.
Кто ее воспитывал? Куда смотрит правительство? Эээ, точнее, родители?
Один из сопровождавших Амалиру эльфов шустро ринулся, обгоняя нас, и исчез гдето впереди, за кустами. Побежал предупредить… Ладно, пусть встречают… С хлебом, солью. Можно даже с песнями и плясками…
Неожиданно с какогото листа или ветки дерева, под которым я проходил, сорвалась крупная капля росы и точнехонько шлепнула меня прямо в макушку!
Блин! Вздрогнув всем телом, я невольно лязгнул зубами. Какая холодная! Всю ночь над облаками, не смыкая глаз, потом мокрые штаны, теперь ледяной душ! Чтото мне тут не нравится! Сыро, бодро и свежо… Брр! А не повысить ли мне уровень комфортности? Прямо здесь и сейчас?
Я сосредоточился, повторяя заклинание. Ии… и раз! От шеи до пят мое тело окружило плотное, слегка клубящееся белое облако. Облачная палатка от Абасо! Заклинание, с модификацией которого я провозился с полчаса там, наверху, над облаками. Но у меня все получилось, и я не замерз, проведя в небе всю ночь. И сейчас вполне подходящий случай для его применения. Обогревом можно подсушить одежду. Если уж не высохнет, пока дойду, то по крайней мере дискомфорта от мокрых штанов станет меньше…
– Ой! – вскрикнула Амалира, оглянувшись, увидела меня в новом наряде.
Нда, вид со стороны, наверное, весьма интересный… Вертикально перемещающееся облачко, в виде сосиски, из которого сверху торчит голова. Забавно.
Эльфохранник тоже среагировал. Остановился и низко поклонился. Судя по выражению его лица – так, на всякий случай. Я чуть кивнул ему. Мол, порыв видел, движение заметил. Одобряю.
Амалира же совершенно бесстрашно кинулась щупать облако руками, запуская их чуть ли не по локти в белый туман. И затарахтела:
– Ой, а что это? А зачем? Какое теплое… Это магия вестниц, да? А мне можно такую же?
Сихотова детская непосредственность! И трех минут не прошло, а я уже начал от нее уставать! Откуда в ней столько энергии? И вопросов?
Великая лейра Таурэтари (что в переводе означает «королева леса»), стоя на широких ступенях лестницы перед входом, зябко повела плечами, ощущая, как утренний ветерок запускает ей пальцы за воротник и дальше – вниз по спине.
«Сыро, – подумала она, глядя на клочья полупрозрачного тумана, поднимающиеся вверх и тающие под лучами восходящего солнца, – никогда не любила рано вставать…»
Лейра была уже в возрасте. Ей минуло уже почти тысяча триста лет. Солидный возраст даже для эльфов. Многое она видела своими глазами. И величие древних городов, прекрасных и замечательных своей неповторимостью. И пылающее темнокрасным огнем от края до края небо, проливающееся все сжигающим огнем на эти города. И великий исход, когда остатки ее народа пробивали себе путь мечом и магией сквозь пустыни и горы, пытаясь найти место, где можно было бы попытаться хоть както выжить… И годы холода, голода и отчаяния, когда приходилось дрожать буквально над каждой ложкой еды… А еще она помнила Эллай, черную вестницу, вещавшую о горе и страданиях, которые ждут всех… И о гибели богов. Тогда Таурэтари было столько же лет, сколько сейчас ее правнучке. Но до сих пор она помнит тот ужас, сковавший ее, когда она увидела огромные черные крылья и мертвое, лишенное всяческих эмоций лицо горевестницы. Ее жуткие, пустые глаза… Все сбылось, все случилось… Все, как она сказала.
И вот сегодня ее разбудили ни свет ни заря, потому что Деелай, охранник ее правнучкиегозы, примчался из леса с сообщением о том, что Амалира поймала (что значит поймала?!) крылатую вестницу и вместе с ней теперь идет сюда. Это просто не укладывалось в голове! Откуда здесь могла взяться крылатая?
«Неужели… богиня вернулись? Неужели я дожила до того момента, когда смогу увидеть своими глазами Возрождение?» – первое, что подумала Таурэтари, когда услышала эту потрясающую новость.
Но затем ей в голову пришла другая мысль.
«А вдруг это… Эллай?» – подумала она, неожиданно для себя покрываясь мурашками страха.
Таурэтари торопливо оделась с помощью служанок и поспешила на крыльцо, готовясь встретить гостью и разобраться, что происходит. Однако на крыльце еще никого не было. Пока суть да дело, Таурэтари, краем уха прислушиваясь к хлопающим за спиной дверям всполошенного ранней побудкой дома, попыталась выяснить подробности случившегося.
– Что это за ловушка, о которой ты сказал? – спросила она у Деелая.
– Петля. На кабаргу или оленя.
– А откуда Амалира умеет ставить такие ловушки? – искренне удивилась Таурэтари, от изумления выпрямившись и вытянув шею.
– Не знаю, – пожал плечами немногословный эльф. – Мы ее не учили, великая лейра. Может, это… ее брат?
– Хх…