Одинокий демон. Тетралогия

и, не отрываясь, маханул с половину кубка.
Хм… если невесты нет, то как же я буду ее наталкивать на мысль, что наш союз – вещь в принципе невозможная? Князя возбуждать? Он уже набраться успел или с вечера не просох… А может, устроить пьяную драку с князем? Уж тогда точно… Хм…
Я перевел взгляд на совершенно трезвого и не менее хмурого, чем князь, магистра Фестера.
Не, не прокатит, понял я. Ладно, не будем спешить… А мысль про драку, однако, неплоха! Князю, кажется, много не надо. Судя по всему, он на взводе. Хорошо, оставим драку на последний день перед помолвкой. Если ничего другого не выгорит…
– Благодарю вас, князь, – откланялся я, вылезая изза стола, – пойду переоденусь к охоте.
Князь молча кивнул мне в ответ и опять ухватился за кубок.
Алкач, подумал я, раскланиваясь с публикой за столами. Кивнув пару раз в разные стороны, я вышел в коридор и, поймав первого подвернувшегося под руку слугу, велел показать мне выход. Хотелось на воздух. Получив направление, я пошел к выходу, без особого интереса глазея по сторонам. Замков я, что ли, не видел? Тем более что смотреть было особо не на что. Выглядело все тут намного аскетичнее, чем у Аальста. Видать, дела у Гессена действительно не очень, сделал вывод я, выходя во двор.
Солнышко. Ветерок. Хорошото как! Я вдохнул воздух полной грудью. Оглядел двор замка и удивленно заморгал. Во дворе был базар. Не в смысле, что тут торговали с рядов, а в смысле кипения жизни. Двор был буквально забит людьми и лошадьми. Люди в разноцветных нарядах седлали и расседлывали лошадей, накрывали их какимито цветными тряпками и крепили на них седельные сумки. Некоторые лошадники переходили с места на место, таская при этом за собой на поводу оседланный скот. Лошади самых различных мастей и пропорций беспорядочно ржали, люди говорили громко, кажется, все сразу и безостановочно. Коегде откровенно ругались и хватали друг друга за грудки. Сверху это действо радостно накрывала туча насекомых, с которыми я уже успел столкнуться по пути сюда.
Содом и Гоморра! – было мое первое впечатление от увиденного.
Что тут происходит?
А… аа… охота! Мы же сегодня на охоту едем. А это слуги седлают лошадей своим хозяевам.
Ну это ж надо… А запахто тут какой! Явно не амброзия – я невольно поморщился, когда ветерок принес амбре лошадиного пота, навоза, человеческого пота и лука.
Лукомто чего так воняет? Я задержал дыхание. Слуги, что ли, нажрались? Настроение у меня резко упало. Вместо свежего воздуха и желанного одиночества, чтобы немного отдохнуть от общения, я попал в толпу крепко пахнущих аборигенов и их вонючих лошадей.
Так, надо валить отсюда. Я увидел надвигающийся на меня здоровенный зад лошади.
– Смотри, куда прешь! – заорал я, торопливо отходя в сторону.
Лошадь перестала пятиться, остановилась и оглянулась на меня. Рядом с ее мордой появилось человеческое лицо с вытаращенными глазами и обалделым выражением.
– Ммм… ооо… ваш… ээ… о… – промычало лицо.
Дятел!
Не дожидаясь более связного речевого сообщения, я развернулся и пошел вдоль края двора, намереваясь завернуть за башню замка, в надежде, что смогу найти там немножко тишины и свежего воздуха.
– Сихот! – ругнулся я, внезапно поскользнувшись, и чуть не упав. – Блииин! Дерьмо!!! – возмущенно заорал я, увидав, на чем я поскользнулся. Я вляпался прямо в середину свежей кучи лошадиного навоза. – Понасрали тут! – продолжал я возмущаться вслух, стоя на одной ноге, а вторую, обляпанную, держа на весу.
Но вокруг никому не было дела до того, что наследник древнего рода Аальстов, жених невесты, на чью помолвку тут все и собрались, наступил в дерьмо и теперь стоит на одной ноге рядом с кучей, как цапля.
– Уррроддды! – подумал я вслух об окружающих и, продолжая ругаться себе под нос, принялся оттирать свой сапог. Коекак его отчистив, я, все еще внутренне кипя, двинул к башне, к которой собирался. Но добраться мне до нее было не суждено. – Ай! – вскрикнул я, когда меня внезапно ктото пребольно схватил за левое плечо.
Поворачиваю голову – лошадь! Ухватила меня своими здоровенными желтыми зубами и не отпускает. Еще и губу верхнюю задрала, типа смеется.
– Ах ты ж тварюга! – Недолго думая я со всей силы шарахнул правым кулаком по наглой морде.
И… гиги!
Лошадь отпустила мое плечо и взвилась на дыбы.
– Щееет! – ругнулся я, выскакивая изпод занесенных над моей головой копыт.
– Эриадор, зачем вы ударили Рыжика! – раздался откудато сбоку негодующий голос.
Поворачиваюсь – Фелия! В светлокоричневом плотно сидящем в верхней части платье, волосы завиты в спиральки. И вид такой возмущенносердитый.
– Эта наглая скотина укусила меня! И обслюнявила мне камзол! –