Одинокий демон. Тетралогия

согласиться на свидание со мною! Непременно!
Пьяные мозги баронета никак не отметили того факта, что прадед давно умер и спешить встретиться с милой девушкой, с которой он сейчас разговаривает, он никак не мог.
Нет, баронет. Сейчас, на свидание с тобой я не соглашусь, но чтобы ты не чувствовал себя обиженным, сделаю так, что тебе и твоим друзьям, на всю вашу оставшуюся жизнь, хватит рассказов кого ты пытался закадрить!
Не успела Стефи моргнуть, как вместо девушки с легкомысленными кудряшками, за столом, рядом с ней, вновь сидела Тёмная госпожа со снежными волосами и улыбкой вечности на устах. По трактиру словно порыв холодного ветра промчался.
Тишина…
Стефания с интересом смотрела на мгновенно протрезвевшего и побледневшего баронета, ожидая его реакции. К чести того, хоть он и испугался, но виду постарался не подать.
Госпожа богиня, сделал он энергичный кивок головой, честь имею! Прошу простить, если невольно позволил себе лишнего, будучи введённым в заблуждение вашим видом!
Ну, ты и нааааглый баронет, манерно протянула Хель, ну ты и наааааглый…. В заблуждение, значит, был введён?
Так точно! щёлкнул тот каблуками.
И приветствовать богиню как, тоже не знаешь?
Знаю, госпожа!
Тёмная госпожа. И что же тогда не приветствуешь?
Предпочитаю умереть стоя на ногах, Тёмная госпожа!
Хм… смел, решителен, быстро соображает… Настоящая военная косточка, не так ли?
В нашем роду все такие, Тёмная госпожа!
Знаю, знаю. Хорошо баронет, иди. Будем считать, что свидание у нас с тобою назначено. Жизнь проживёшь придёшь. Я тебя не тороплю. А пока иди.
Так точно, Тёмная госпожа! На свидание не опоздаю! Приду тютелька в тютельку!
Иди, иди, храбрец. У меня коффай остывает…
Курсант отдал салют, чётко повернулся на каблуках и, печатая шаг, промаршировал к выходу. Приятели его, переглянувшись, встали изза стола, построились, отдали честь Хель и тоже промаршировали следом за ним.
Военные… глядя им в след, с явным одобрением произнесла богиня, всегда рядом со мною ходят. Уважают… И сразу узнают, в отличии от магов! Ладно, давай коффай допивать, пока совсем не остыл…
В это время трактир опустел, загрустив пустыми столами. Лишь за стойкой, замерший толстенький бармен, с испуганным лицом, никак не мог решить дилемму бросить свой трактир и бежать, или это недостойно профессионала, когда у тебя такая гостья? Тем более, что она вроде и не к хозяину пришла…
Подойди! подозвала Хель хозяина, качнув головой.
Госпожа!
Явно робея, трактирщик подошёл к столу и упал на колени, милости прошу!
Это не ко мне, с милостями. У нас коффай остыл. Можешь чтото с этим сделать?
Ккк… Конечно, Тёмная госпожа! Сейчас всё сделаю в лучшем виде! С пенкой! За счёт заведения! Вы позволите?
Ну, если за счёт заведения, ухмыльнулась богиня, хорошо, можешь встать.
Трактирщик живчиком вскочил на ноги.
Постой, остановила его Хель, было дёрнувшегося бежать к стойке, этот трактир достался тебе по наследству, не так ли? Семейное дело?
Так точно, госпожа Хель! отрапортовал тот, повернувшись к богине и чуть ли не отдав честь, трактир я получил от своего отца, тот от деда, дед от прадеда. Все в столице знают семью трактирщиков Блюмеров!
Ну… не только в столице. Я тоже знаю. Помнится, пила я както коффай у твоего прппрапрапрапра… короче, дальнего родственника!
Да, госпожа богиня! Я знаю. Это одна из наших семейных легенд! Блюдце и кружка, из которой вы тогда пили, хранились как реликвия. К сожалению, в империи случились смутные времена… В столице были волнения. Трактир тогда разграбили и сожгли… чашка и блюдце пропали…
Трактирщик глубоко и грустно вздохнул.
Ничто не вечно под луной, философски произнесла Хель, и секунду спустя улыбнувшись, добавила, кроме меня.
Да, госпожа, совсем понурился трактирщик.
Не грусти. Всё пройдёт. Теперь у тебя есть новая реликвия. А к ней прими ещё коечто, от меня…
В воздухе внезапно появилась беломраморная плита. Пару раз крутанувшись, она развернулась широкой стороной к богине и замерла. Хель на секунду подняла глаза к потолку, задумалась. Потом усмехнулась и протянула вперёд руку с вытянутыми пальцами. В тишине трактира раздался лёгкий треск, а на поверхности плиты появилась надпись, сделанная, словно тонким пёрышком с чёрными чернилами.
«В этом трактире готовят отличный коффай! Уже восемьсот семьдесят лет…»
И подпись, с завитушками «Хель, Тёмная госпожа»
От удара рухнувшей на пол плиты трактир содрогнулся от подвала до конька крыши, разом звякнув всей своей посудой.
Ну вот, с удовлетворением произнесла богиня,