Одинокий демон. Тетралогия

вещи своими именами.
За столом возникла пауза. Гессен и я уставились на Фелию, но если он с изумлением, то я, пожалуй, с отвращением.
– Князь, при всем моем уважении к вам, я все же вынужден заметить, что ваша дочь дурно воспитана! Мало того что она употребляет слова, которые знать юным девушкам совсем не годится, так она еще влезает в мужские дела и комментирует то, что явно выше ее понимания! – ответил я на ее выпад.
Услышав такое, князь шумно засосал в себя воздух и принялся багроветь, но пока молча. Видно, соображал, чего ему сказать.
Однако Фелия уже сообразила, что ей сказать, или не соображала вообще, а сразу выдавала на язык свежак, только что пришедший в голову.
– Я дурно воспитана?! Можно подумать, что это я вчера в скотском состоянии ползала по полу и изгадила вам одежду!
– Что касается небольшого прискорбного инцидента, лишившего вас юбки, считайте, что я вам должен две! Я вам их обязательно куплю! – хмуро ответил я. – А насчет того, что ктото гдето ползал, хочу вам заметить, что я там был не один, а в компании уважаемых гостей, которых ваш уважаемый отец пригласил, между прочим, на вашу помолвку! И потом, я же вам говорю, что вы совсем не понимаете мужских занятий! То, что вы видели, это была засада на кабана, которую вы, по своему недопониманию, приняли за невесть что!
– Ах, засада! Вот, значит, как! Значит, мой жених мастер по засадам на кухне! Чтото я не видела вас на охоте сражающимся с напавшими кабанами!
– То есть вы хотите обвинить меня в трусости? – уточнил я, вопрошающе подняв брови и наклонив голову.
– Пока нет, но я хочу убедиться, что мой жених смелый человек! Эриадор, я хочу с вами сразиться! Я вызываю вас на поединок! – выдала Фелия.
Совсем охренела!
Князь попытался засосать еще воздуха, видно, забыв, что он у него уже есть. В зале наступила внимательнейшая тишина. Все присутствующие обратили взгляды на меня и ждали, что я отвечу.
– Это невозможно, – сухо ответил я.
– Почему? – спросила Фелия.
– Видите ли, это небезопасно… – парировал я.
– То есть вы боитесь? – добавив в голос наигранного удивления, спросила Фелия.
Хм, какая подстава… Стоит мне сказать сейчас, что я боюсь, то следующим шагом Фелии будет наверняка заявление, что за труса она не выйдет, и значит, свадьбы не будет. Собственно, то, чего я и добивался… Хм… Заманчиво! Только вот придется стать трусом в глазах окружающих… Както оно мне не нравится, такое решение. И Аальст меня не поймет… Не, пожалуй, я откажусь от такой сомнительной победы. Будем крутить колбасу дальше…
– Боюсь, но не за себя, а за нас… – ответил я.
– Что значит за нас? – не поняла Фелия.
– Видите ли, дорогая, в сражениях всегда есть победитель и проигравший. Побежденный долго помнит горечь поражения, а победитель порой слишком долго живет воспоминаниями о победе. Когда дело касается чужих друг другу людей, то это не имеет значения, но все меняется, когда люди не враги. Мы с вами не чужие, начинаем совместную жизнь, стоит ли ее начинать с обиды? – принялся я витиевато выруливать, чтобы избежать прямого столкновения с Фелией.
За столами одобрительно зашушукались.
– Да и потом, поединок – это дело опасное, даже тренировочные бои. Можно случайно ранить партнера, совсем не желая того. А у нас с вами помолвка на носу. Уважаемые гости и ваш уважаемый отец наверняка огорчатся, если помолвка не состоится! Не так ли, князь? – сделал я вопрошающий жест рукой в сторону Гессена.
– Да, да, конечно! – наконецто выдохнул Гессен. – Ни о каком поединке не может быть и речи! Это даже не обсуждается!
Фелия сидела, прикусив нижнюю губу и сердито глядя на меня.
– Я просто хотела убедиться в смелости моего будущего мужа, – после небольшой паузы сказала она, обращаясь к Гессену, – хотела удостовериться, что он так же смел, как и говорлив!
За столами гостей послышались смешки.
– Благодарю вас за оценку моих талантов, – улыбнулся я Фелли, – но, к сожалению, испытание моей смелости с вами категорически невозможно!
– Я могу заменить вам Фелию! – За боковым столом подскочил какойто парень и остался стоять, гордо задрав подбородок и сжимая в правой руке рукоятку меча, висевшего на поясе.
– Аххх! – выдохнул потрясенный зал, а я немного обалдел.
Это еще кто? А, сэр Леронт – безнадежно влюбленный влюбленный! Хм…
Краем глаза я неожиданно отметил изменение выражения лица Фелии. Она смотрела на Леронта с восхищением, надеждой и даже, может, какойто мольбой. Это длилось какоето мгновение, затем Фелия снова надела маску на лицо. Я перевел взгляд с нее на Леронта. В зале стояла оглушающая тишина. Все ждали моего ответа.
– Это невозможно! – снова сказал я.
Зал разочарованно