Говорят, что в одиночку никому не под силу изменить этот мир. Но рано или поздно рождается тот, кто опровергает это утверждение. По пыльным дорогам через весь материк идет, сопровождая названую сестру на родину предков, тот, о ком века спустя будут слагать легенды… Одинокий орк по имени Брехт. Правда, пока он еще не знает о том, кем ему придется стать в конце пути…
Авторы: Романова Галина Львовна
рукой. Меч не достиг цели, отскочив, как от каменной стены, но кулак врезался точно в скулу, поелику у кабана был простой шлем, без нащечников, защищающих лицо. Кабан пошатнулся и напоролся на встречный выпад с правой стороны, пришедшийся точно в шею. Если ребро ладони перебивало сонную артерию, это почти наверняка означало смерть.
Единственный глаз Тана от удивления был готов вывалиться из орбиты.
— Меч! — крикнул он. — Возьми меч!
— Не умею, — попытался развести руками Каспар.
— Тогда ко мне за спину! Живо!
Скакнув вперед, эльф врубился в строй кабанов, работая двумя руками с одинаковой амплитудой и силой.
Каспар прижался к борту. Бой заканчивался. Спасаясь от меча и топора Кнута и Хельга, одни прыгали за борт, другие продолжали сражаться, собираясь дорого продать свою жизнь. Участь кабанов, попавших в плен, бывала ужасна настолько, что многие всерьез предпочитали утонуть. Каспар со страхом наблюдал за финалом сражения. Уцелевшие кабаны плыли к дракку; одному из них вслед метнули сулицу, и, словив ее спиной, мужчина бестолково взмахнул руками и ушел под воду. Других камнем на дно тянули намокшие поддоспешники. Какой-то парень яростно отбивался от двух фьордеров, пятясь к борту, пока не прижался к нему спиной совсем рядом с Каспаром. Да так и остался стоять, прибитый копьем к доскам обшивки, как бабочка в коллекции.
Магри машинально — помочь, облегчить страдания человека, пока не поздно! — шагнул к нему, но его оттерли локтем, а в следующий миг он услышал гортанный рев и все забыл.
Сражение закончилось для большинства фьордеров и практически для всех кабанов, из которых лишь трое или четверо еще держались на волнах, пытаясь добраться до своего дракка. Но не для Хельга. Бородач берсерк вошел во вкус и продолжал крушить все на своем пути, не замечая, что вместо врагов вокруг него уже одни друзья. Фьордеры пытались остановить разошедшегося товарища, но разлетались в стороны от его меча, как пушинки. Рванулся наперерез даже Кнут, но отступил — в таком бою один из них непременно будет убит, и не факт, что Хельг.
— Хельг! Хельг! Очнись! Все кончилось! Хельг, посмотри сюда! — кричали ему, но бородач с безумными глазами продолжал гоняться за фьордерами по залитой кровью и заваленной телами шнеке. Скол, который, насколько успел заметить Каспар, был ему другом, в свой черед попытался остановить берсерка, но получил мечом в живот и откатился в сторону.
«Он же своих калечит!» — мелькнуло у Каспара, когда он отлепился от борта и бросился наперерез берсерку.
— Стой! Куда? Зашибет! — донесся отчаянный крик Тана. Заорали фьордеры, но магри не обратил на их крики внимания. Поднырнув под замах меча, он оказался так близко к берсерку, что смог заглянуть в его пустые глаза, точнее, в открывшиеся белки, ибо зрачки почти закатились. И, не теряя времени, одним пальцем быстро ткнул ему в шею. Берсерк рухнул на палубу, не издав ни звука. Меч со звоном выпал из ослабевших пальцев.
И сразу наступила тишина. Все взгляды остановились на худощавом и бледном, как смерть, рабе, стоящем над тушей берсерка.
— Ты… его убил? — с трудом выговорил Кнут.
— Нет, — Каспар заставил себя улыбнуться, хотя именно сейчас на него запоздало и накатил страх. — Просто обездвижил. Он без сознания, но через некоторое время очнется и будет вполне нормальным.
Кормщик с трудом добрался до неподвижного тела и склонился над ним:
— Дышит…
— Вы ранены? — Каспар заметил на его голом торсе кровь.
— Файрову дубину тебе в бок! — скривился кормщик. — Это не моя кровь… Так, парни! Мы победили! Дохлых кабанов — за борт, наших — отдельно. Раненых…
Тихий стон прервал его слова. Каспар быстро обернулся.
Скол полулежал между скамьями, двумя руками зажимая страшную рану. Кольчуги на нем не было. Под защитой ловкого эльфа и могучего Хельга в этом прежде не было нужды, но сейчас это обстоятельство оказалось роковым. Кровь уже залила ему одежду и руки. Скол бледнел на глазах, и было видно, что жить ему осталось всего ничего.
— Как же так? — Кнут остановился над фьордером.
— Скол, — Тан опустился перед ним на колени, положил одну руку другу на лоб, другую — на окровавленный живот.
— Пустите меня! — Каспар попытался оттереть плечами собравшихся над умирающим фьордеров. — Я врач!
— Да что тут сделаешь? — проворчал кто-то.
— Все!
Протиснувшись вперед, Каспар опустился на колени, несколько раз встряхнул кистями рук, чтобы к ним прилила кровь. С железными браслетами на запястьях обычная процедура
