Говорят, что в одиночку никому не под силу изменить этот мир. Но рано или поздно рождается тот, кто опровергает это утверждение. По пыльным дорогам через весь материк идет, сопровождая названую сестру на родину предков, тот, о ком века спустя будут слагать легенды… Одинокий орк по имени Брехт. Правда, пока он еще не знает о том, кем ему придется стать в конце пути…
Авторы: Романова Галина Львовна
территории…
— Да, — помрачнел лэд. Его кожа при этом приобрела буроватый оттенок, хотя в обычное время слегка отливала лиловым. — Было дело… Но что ты делал здесь один? Где твой приятель эльф?
— Здесь, — послышался голос за спиной у знатного альпа. — Разумеется, он здесь. На расстоянии удара!
Последовал быстрый укол в район почек: дескать, только шевельнись, и несколько дюймов стали вонзятся в жизненно важный орган.
— И все это время стоял столбом и не пытался защитить своего приятеля? — В зеленых глазах альпа блеснули смешинки. — А если бы я его убил?
— Тогда вы были бы уже мертвы, лэд, — коротко ответил Тан, не убирая меча.
— Значит, ты знал? — Ретьорф бросил взгляд через плечо.
— Догадывался, — усмехнулся Таннелор, наконец-то опуская меч.
Все трое выпрямились, глядя друг на друга.
— И все-таки, что вы здесь делаете? — поинтересовался Ретьорф.
— Я гулял, — объяснил Каспар. — Мне не дает покоя то, чему я стал свидетелем на приеме у Правителей. Я, к сожалению, слишком мало знаю об устройстве вашего общества, но мне кажется, что ключ к вашей болезни находится именно там.
— А это не твое дело! — прорычал Ретьорф.
— Как раз мое! — Каспар прямо взглянул в глаза разгневанного хозяина. — Если вы назвали меня своим лечащим врачом, то должны быть готовы к тому, чтобы доверять мне! Иначе как я могу поставить диагноз, если не знаю всех симптомов болезни? И о каком лечении может идти речь, если пациент мне не доверяет?
— Я. Не. Болен! — отчеканил Ретьорф, встряхивая Каспара при каждом слове.
— Скажите это тем знатным господам на приеме, — усмехнулся магри. — Вы ясно дали понять всем и каждому, что тяжело больны и не доверяете доморощенным целителям, вот и выписали «специалиста» из-за границы! После такого заявления вы просто обязаны хоть иногда вспоминать о той роли, которую решили играть, и давать мне возможность заниматься вашим здоровьем!
— Пичкать себя лекарствами не позволю!
— Я говорю не о недугах, а о здоровье. А это предполагает наличие долгой и полноценной жизни!
— Ладно. — Лэд отступил на шаг. — Все время забываю, что ты — магри… Но учти, я все-таки твой хозяин, и твоя жизнь в моих руках!
— Я прекрасно понял это минуту назад. — Каспар позволил себе улыбнуться, пряча взгляд.
— И впредь остерегайся заставать меня врасплох! Может плохо кончиться! — буркнул Ретьорф и направился прочь.
Эльф и магри долго смотрели ему вслед.
— Ненормальный, — вынес вердикт одноглазый эльф, когда убедился, что предмет их обсуждения не может их видеть и слышать. — Просто ненормальный. И, насколько я могу судить, действительно выродок!
— Ты что-то узнал? — догадался Каспар.
— Скорее догадался, наблюдая за той жизнью, которая нас окружает…
— Он болен, — уверенно произнес магри, глядя вслед ушедшему альпу. — И мой долг — облегчить его страдания!
Эльф только насмешливо зафыркал, но не сказал ни слова. За время знакомства он успел узнать характер своего друга и догадывался, что в своем стремлении помогать он может зайти очень далеко.
Шайрьеф, остановившись на пороге, с улыбкой смотрел, как разминается Ретьорф. Дабы не стеснять движений, он был обнажен до пояса и работал двумя мечами с такой легкостью, что даже профессиональный воин, каковым был Шайрьеф, почувствовал бы зависть. По традиции мужчины из Старших Гнезд были обречены на исполнение только двух ролей: либо ты маг, что предполагало затворническую жизнь, либо отец-производитель в том семействе, с которым Владычица заключит выгодный брачный союз. В этом вопросе мнение мужчины никогда никого не интересовало. Мужчину даже могли через некоторое время отослать обратно, уже после того, как он выполнит свою мужскую работу, или вовсе передать в третье Гнездо, чтобы и там от него рождались дети с нужным набором качеств. Но Ретьорф был исключением из правила: его магические силы были слишком слабы для того, чтобы стать настоящим магом, а как отец потомства он из-за своих внешних данных и характера не особо привлекал Гнезда, ищущие отцов для нового поколения альпов. Путь же воина ему был по той же традиции заказан — дескать, он слишком ценен для потомства, чтобы погибнуть просто так. В воины шли сыновья из незнатных или менее знатных Гнезд, которые наплодили лишних мальчиков. Шайрьеф был из их числа.
Проведя последний прием — двойной ложный выпад правым мечом и из-под него удар левым, который в настоящем бою мог стоить противнику жизни, — Ретьорф на миг замер, перенеся
