Говорят, что в одиночку никому не под силу изменить этот мир. Но рано или поздно рождается тот, кто опровергает это утверждение. По пыльным дорогам через весь материк идет, сопровождая названую сестру на родину предков, тот, о ком века спустя будут слагать легенды… Одинокий орк по имени Брехт. Правда, пока он еще не знает о том, кем ему придется стать в конце пути…
Авторы: Романова Галина Львовна
не видели лиц друг друга, и для одного из них большой неожиданностью стали слова другого:
— Тогда я тебя убью.
Не двинувшийся с места Уртх коротко свистнул, и из-за кустов тут же выскочили несколько орков-телохранителей. Повинуясь кивку командира, они мгновенно скрутили Гиверта, несмотря на его отчаянное сопротивление — справиться с великанами-нелюдями он бы не смог.
Терезий наконец опустил глаза и подошел к связанному Гиверту, которого за локти удерживали два орка. Бывшие друзья посмотрели друг другу в глаза.
— Мне это так же неприятно и больно, как и тебе, — повторил молодой князь. — Можешь не верить, но это так. Я могу лишь обещать, что попытаюсь… попробую что-нибудь сделать, но… Но заранее прошу прощения, если у меня ничего не получится. Для меня этот кошмар длится всю мою жизнь, а последние четыре года он вовсе превратился в обязанность…
Гиверт ничего не ответил, но выражение его лица было трудно описать.
— Увести, — коротко распорядился Терезий. — Запереть и выставить надежную охрану. Уртх, проследи, чтобы его выпустили послезавтра на рассвете. После того как… ну сам понимаешь…
Старый орк кивнул и на своем родном языке отдал подчиненным приказ. Те поволокли Гиверта прочь. Бывший разбойник вывернул шею, бросая последний взгляд на бывшего друга, и Терезий отшатнулся, словно от удара по лицу. А оставшись один, яростно швырнул меч на землю и завыл, в бессильной досаде сжимая кулаки. Послезавтра он опять убьет девушку и потеряет единственного друга. И ничего нельзя изменить.
Ближе к вечеру стало понятно, что до города им засветло не добраться. Кони и так спотыкались, взбираясь с холма на холм. Но до столицы — и гостиницы — оставалось еще несколько лиг. В лучшем случае они смогут найти себе место на постоялом дворе в предместье, но где искать постоялый двор — никто не представлял. Оставалось одно из двух: ночевать на обочине дороги под открытым небом — благо весна выдалась, хоть и дождливая, но теплая — либо…
— Хозяин, — Льор поерзал на коленях Брехта, — а почему бы не попросить приют вон в том замке?
Он указывал на добротный замок, который высился на соседнем холме. От основного тракта к нему шла широкая наезженная дорога, что говорило о достатке владельцев. Ворота замка были широко распахнуты, подъемный мост опущен. На стене уже зажгли факелы.
— Не называй меня хозяином, — привычно откликнулся Брехт. — А с чего ты взял, что нас туда пустят?
— Ну как же, — пожал плечами юноша, — раньше мы всегда так поступали… когда путешествовали. Обычно лорды не отказывали в гостеприимстве бродячим артистам…
— Артистам! А мы-то кто? Из нас артист только ты.
— Ну и что? — Льор опять пожал плечами. — Если за приют придется платить, я готов. Располагай мною, хозяин!
Брехт обреченно махнул рукой. Этот мальчишка-эльф так упорно именовал его хозяином и господином, что за те несколько дней, что они провели вместе, успел уже порядком надоесть. Брехт не раз и не два корил себя за то, что взвалил на свои плечи еще и эту обузу, — тем более что родни у Льора не осталось, дома не было отродясь и куда его девать, он не представлял совершенно. В одном был несомненный плюс — юноша охотно брался за любую работу. Что чистить коней, что собирать хворост для костра, что выполнять мелкие поручения — он на все соглашался легко и быстро. И сейчас он привычно правил конем, предоставляя Брехту лишь указывать направление.
— Давай попробуем, Брехт! — встряла и Сорка. — Я сроду не была в настоящих замках!
— Ну давайте, — вздохнул орк, и эльф потянул повод, заставляя чалого жеребца свернуть с основной дороги на боковую.
Вопреки мрачным предчувствиям они спокойно проехали через ворота во внутренний двор, и Льор, спешившись первым, придержал чалого за узду, пока Брехт не спеша присоединился к нему. «Не спеша» — потому, что орк до сих пор чувствовал себя в седле очень непривычно. У него болел отбитый зад, ныли натруженные непривычной позой мышцы ног, в первый день еще и мучили боли в пояснице. Сейчас он как-то притерпелся, но скорее дал бы отрубить себе обе руки, чем признался, что верховая езда ему не нравится. И как это Сорка спокойно сидит в седле весь день и ни на что не жалуется?
Как ни странно, но в замке их встретили спокойно — можно подумать, что сюда чуть ли не каждый день приезжают орки с такими необычными спутниками. Слуги приняли лошадей, и вышедший к гостям рыцарь с поклоном вызвался проводить нежданных гостей к лорду, заодно извинившись, что ни хозяин замка, ни его супруга не вышли сами их встречать. Вечером готовился большой праздник, и барону
