Говорят, что в одиночку никому не под силу изменить этот мир. Но рано или поздно рождается тот, кто опровергает это утверждение. По пыльным дорогам через весь материк идет, сопровождая названую сестру на родину предков, тот, о ком века спустя будут слагать легенды… Одинокий орк по имени Брехт. Правда, пока он еще не знает о том, кем ему придется стать в конце пути…
Авторы: Романова Галина Львовна
и юный эльф, а вот Сорка демонстративно шагала налегке, да еще и на каждом шагу давала понять, что она по горам лазить не приспособлена и требует помощи.
— Чего стоишь? — закричала она с полпути. — Руку подай!
Шепотом ругая всех девушек мира и одну беловолосую нахалку в особенности, орк спустился на несколько шагов и за запястье вздернул Сорку, поставив рядом с собой. Она вцепилась в его локоть двумя руками, с восхищением озираясь по сторонам:
— Как красиво!
— Да, — вздохнул Брехт, невольно чувствуя гордость. Как-никак это практически его родные горы. И пусть орки так же прекрасно чувствуют себя и на равнине — а кое-кто говорит, что они и вовсе равнинные жители! — но именно здесь был его дом.
— А где ты живешь? — Вскарабкавшись следом, Льор подошел с другой стороны.
— Это далеко. Отсюда не видать.
— Ты нас пригласишь к себе домой?
— Нет! — Молодой орк аж содрогнулся. — Ни за что на свете!
— Ты нас стесняешься? — Юноша заглянул ему в лицо.
Он выглядел таким расстроенным, что Брехт невольно улыбнулся:
— Нет. Просто мне не стоит показываться родным на глаза. Я совершил… В общем, я пошел против законов своего племени.
Даже дважды пошел, если вспоминать подробности. Ибо, оставшись единственным выжившим из братьев, да еще и самым младшим, Брехт должен был находиться возле родителей. Он был обязан жениться на вдове одного из своих братьев и сделать ей четверых детей. А он вместо этого покинул родную пещеру, практически бросив семью. И полгода назад вторично нарушил закон, пролив кровь своих соплеменников при защите эльфийского замка. Нет, родители вряд ли обрадуются его возвращению!
В глазах у Сорки и Льора плавали вопросы, но задать их никто не успел — добравшийся до них Трака Длиннобород тяжело перевел дух и бросил к ногам орка набитые мешки.
— Забирай и вперед! — распорядился он.
— Куда идем? — Стряхивая с себя руки девушки и юноши, Брехт наклонился за мешками. Он что, туда еще и камней напихал?
— Туда! — указал коротышка. — В пещеру!
— Ой! — хором взвизгнули Сорка и Льор, перемещаясь за орочью широкую спину. — Это туда, что ли?
— Я боюсь! — вскрикнул Льор. — Я же эльф! Я никогда…
— Значит, останешься тут, — пожал плечами Брехт. — А я пошел!
Трака уже топтался у входа, который по размерам был словно предназначен для такого коротышки, как он. Орк даже не стал задерживаться, для того чтобы наготовить факелы: в пещерах всегда есть источники света, которые позволяют оркам видеть во мраке. Почтенный Трака тоже прекрасно видит под землей. Это людям, у которых нет таких острых глаз, вечно нужна подсветка.
Согнувшись пополам и локтем левой руки придерживая на спине мешки с припасами — правая свободна, ведь в ней верный талгат! — Брехт уже сделал шаг внутрь, когда его с воплями догнали Сорка и Льор.
— Мы с тобой! — наперебой закричали они. — Не оставляй нас! Не уходи!
— Больше не боитесь пещер? — сквозь зубы процедил Брехт: тащить на себе еще и их было делом трудным.
— Не-а! — замотал головой Льор, двумя руками цепляясь за локоть орка. — Рядом с тобой я ничего не боюсь!
— Тогда отцепись от меня и шагай своими ногами! И вещи не забудь!.. Кстати, к тебе это тоже относится!
Пристроившаяся с другого бока Сорка обиженно надула губки, но руки разжала.
Трака Длиннобород возник рядом. Глаза его горели — то ли они у всех альфаров светятся в темноте, то ли он был так взволнован.
— Вперед! — воскликнул он. — Быстрее!
Сразу за входом пещера расширялась настолько, что высоченный орк мог стоять, не касаясь макушкой неровностей потолка и не боясь задеть что-либо лбом. Дальше туннель опять сужался, наводя на мысль о том, что сейчас они стоят в пасти огромного зверя, а им предлагается пролезть ему в пищевод и дальше — в желудок. Сходство с пастью усиливали торчащие справа и слева вдоль стен-щек наросты, похожие на стершиеся от времени зубы.
— А наши лошади? — поинтересовался Льор, вернувшийся с вещами.
— А мы ненадолго, — ответил Трака Длиннобород. — Только туда и обратно! К тому же я отпустил их попастись… Ну чего встали?
Брехт пригнулся и первым шагнул в «пищевод».
Вопреки мрачным предчувствиям передвигаться по нему было довольно удобно. Не было ни торчащих острых камней, ни трещин, куда могла провалиться в темноте нога, ни резких поворотов. Коридор, слабо извиваясь, уходил куда-то вниз, спускаясь достаточно полого. Узкий — шли гуськом, — он тем не менее был вполне
