Эта книга — о нашем соотечественнике, который отправился в обычную служебную командировку, а его занесло за тридевять земель, в тридесятое царство, в доисторическое, родоплеменное государство. Кем он только не побывал! И вершителем истории, и монархом на таинственном острове, и спасателем кругосветной экспедиции…
Авторы: Прокудин Николай Николаевич
щебетать, стараясь положить левую грудь в его ладонь. Так себе грудь – ничего особенного, липкая от пота, влажная, пусть даже крупная и упругая.
– Ладно, настойчивая моя, цепляйся за ремень и иди в кильватере. Сойдешь для подтанцовок и легкого разогрева.
Сергей взял ее ладонь и засунул к себе под ремень, но ладошка мигом перелезла в карман брюк и принялась там шебаршить.
– Ого! Не балуй! Стой спокойно! – скомандовал строгим голосом Сережка порусски, потом сделал соответствующее замечание и поанглийски.
Азиатка поняла, притихла и вновь преданно поглядела в глаза.
– Послушай, а нет ли тут у вас поглазастее? Чтоб не только раскосые были, но и с нормальными глазками, – спросил на плохом английском эксподполковник.
– Нямкамтямбам, – защебетала девица, не поняв Серегу.
– Жаль, что ты толком не понимаешь английский. А кто тут из вас спик инглиш?
– Я! Я розумию английску мову, – ответил за спиной приятный голосок.
Серега оглянулся и обомлел:
– Ты откуда? Кубаночка? Ростовчанка?
– Нет, хохлушечка, изпод Мелитополя. А шо? На своих не стоит? Обязательно нужна экзотика? Треба желтомордых?
– Да нет, против тебя не возражаю. Пойдешь со мною, будешь за переводчицу!
– А чего тут переводить? Раздевай, раздвигай, работай и развлекайся, все на букву «Р», – ответила хохотушка.
Ее нахальный взгляд и самоуверенная речь свидетельствовали о неробком характере и имеющемся опыте работы.
– Я же не на пять минут зашел. Общение тоже необходимо. Держись рядом по правому борту и свистни вон ту круглоглазую мулатку. Чего она зенки выпучила, словно жизни удивилась? Подь сюда, восточная красавица!
Сергей поманил пальцем самую стройную и симпатичную аборигенку. Глазищи у нее действительно были огромные и круглые, словно два блюдечка.
– Ну вот, теперь полный комплект! – радостно заявил Серж, окруженный со всех сторон плотной массой женских тел, и направился в одну из малюсеньких каморок, увлекаемый радостными девицами.
Обзывал их кобылами, а самто, старый кобель… Хорош, нечего сказать.
Девчонки навалились гурьбой, для полноты компании материализовалась из сигаретного дыма еще и пятая, негритянка, и принялись массировать руками, губами и грудями все части тела бледнолицего туриста. В ловких пальцах профессионалок были длинные мундштуки, в которых тлели сигареты, начиненные чемто дурманящим. Запах отравы Строганову был не знаком. Одна из «массажисток» сунула такой же мундштук Сергею в рот, и он, принципиально не курящий, соблазнился, чуть втянул в легкие дымок. В глазах поплыло. Какаято дурь, находящаяся в заряженной сигарете, замутила мозги. В глазах зарябило, комната закружилась, девицы с распущенными длинными волосами замелькали в хороводе, словно ведьмы на шабаше.
Теряя сознание, Сергей пробормотал:
– Вставить метлы в промежности! Зажать между ног! Живее…
Комната вращалась все быстрее, девицы верещали и лизали его еще сладострастнее.
Закрывая глаза, Строганов скомандовал зычным голосом:
– Ключ на старт! На лысую гору – марш! Полетели, мокрощелки!
Хохлушка громко захихикала, остальные молчали, не понимая чужеземную речь, и лишь еще больше усердствовали. Одна заскочила на него верхом, заелозила тазом, пристраиваясь удобнее, другая навалилась грудью, заслоняя обзор, третья мяла и массировала ступни и пятки, четвертая гладила лицо. Кажется, при этом пятая в открытую обшаривала карманы русского клиента.
Шарь не шарь, там всего сотня баксов. Более взять нечего. Лишь бы с руки часы не стянули да презерватив не соскочил.
Серж открыл глаза. В комнате никого не было. Девицы, забрав сотню, испарились, сделав свое дело. Сил встать не было, но старик малаец беспрестанно тряс его за плечо, жестами показывая, что пора гостю и честь знать, следует, мол, покинуть заведение. Строганов кинул ему несколько монет, чтоб не бубнил.
На улице тускло горели фонари, еще не рассвело.
Серега решил побыстрее искупаться, чтобы шум в голове прошел. Потом можно будет сходить в бар – опохмелиться. Лежащий в сумке неприкосновенный запас, состоящий из двух бутылок водки, он решил пока не трогать. НЗ – он и есть НЗ! Время «Ч» еще не пришло.
В отеле ожидал неприятный сюрприз. Его выселяли. Вещи стояли внизу у портье. Поздно ночью, почти под утро, прибыл рейс из Германии, понадобились номера, немцы стали возмущаться, и администрация выселила бесцеремонного русского антисемитасионистаскинхеда. Серегины сумки сиротливо сгрудились у стойки, портье с бесстрастным выражением лица ждал загулявшего россиянина. Требовалось либо получить согласие Строганова всетаки переселиться к дедушведу, либо ждать полудня – это
