Одиссея полковника Строганова. Трилогия

а вот с пистолетом?
– Стреляю я сносно, а в фехтовании и вправду не силен, все приемы подзабыл, неплохо бы подучиться.
– Ладно, старый пират научит вас обоих рубиться в рукопашном бою, чтобы могли драться до полной победы. Ваше дорогое оружие отложим в сторону, воспользуемся моим, испытанным, абордажным!
Ротмистр начал давать уроки фехтования в часы отдыха, утром и вечером. День за днем часами шла учебная рубка на шпагах, рапирах, саблях, а еще стрельба из лука, метание копья и дротиков. И ни разу график занятий не был нарушен. Отдыхали от физических нагрузок на рыбалке и охоте. Вечерами пили брагу, иногда ее не хватало, тогда шел в ход спотыкач. Строганов и Гийом постоянно слушали бесконечные рассказы о жизни бывшего депутата ротмистра Степанова. О себе Сергей предпочитал помалкивать. Жизнь научила его нехитрой житейской мудрости: молчание – золото. Хватит, уже наговорился на шхуне «Баунти»!
Дед, собственно говоря, и не приставал с расспросами, он наконецто нашел благодарных слушателей и теперь вволю выговаривался после долгих лет одиночества.
Степанов успевал делать все: готовить брагу, тут же, за разговорами ее выпивать, заниматься фехтованием с учениками, следить за подсобным хозяйством, рыбачить и болтать, болтать, болтать… Говорил он много и с удовольствием. Под его треп гости обычно и засыпали, убаюканные мастером разговорного жанра.
Каждый день был удивительно похож на предыдущий, они состояли из поисков и заготовки пропитания, военных занятий по утрам и вечерам. Сбор фруктов, охота, рыбалка, поиски улиток, черепах и крабов, бесконечные упражнения по фехтованию – все это не оставляло времени для грустных мыслей. Охота заключалась в расстановке силков на мелкую дичь и птиц, а для зверей покрупнее островитяне рыли ловушки на тропах. Изредка в ямы попадались то грызуны, то дикий кабанчик, а то и козочка.
Еды хватало, но исключительно благодаря строгой экономии старика. Забивая очередного козленка, дед каждый раз долго ворчал, ругая свалившихся на его голову нахлебников. Однако позднее, освежевав тушу и поджарив ее до хрустящей, аппетитной корочки, запивая мясо вином и брагой, он становился снисходительнее, а потом и вовсе забывал о своих претензиях. Едят захребетники много, спору нет, но с ними веселее. И правда, не век же бирюком на острове жить! Да и поговорить есть с кем. А для русского человека задушевная беседа – первое дело.
А помощники, намахавшись за день холодным оружием, намаявшись на земляных работах, валились в сумерках у костра на голые циновки, совершенно обессиленные и выжатые как лимон. За короткий срок они вырыли ров, насыпали крепостной вал, сделали окопчики для стрельбы с колена, расширили ходы сообщений между укреплениями, создали вторую линию обороны возле жерла потухшего вулкана. Серега и Гийом работали до обеда и после ужина, труд был каторжный. Днем, в самый разгар жары лопатой махать было невозможно, слишком нещадно палило тропическое солнце. Сделав утреннюю норму, после обеда труженики отдыхали, укрывшись от палящих лучей в тени пальмовой рощи, и слушали сквозь дрему очередные байки старого бунтовщика. Когда жара спадала, они вновь приступали к делу, к тяжелым фортификационным работам, от которых ладони чернели и покрывались мозолями, поправляли стены форта, вязали трапы на башенки из лиан и сучьев, чинили мостки вдоль изгороди. А вечером обоих ждало обучение приемам фехтования, метание по ростовой мишени топора, кинжала и кортика.
Старик своими ратникамиработниками был доволен, крепость заметно обновилась и уже не выглядела такой ветхой, как в день их первого знакомства. Однако Ипполит был попрежнему уверен в том, что длительной осады большого войска они не выдержат. Пороха и зарядов, увы, недостаточно, поэтому сильный враг в открытом бою легко победит их. Одна надежда на хитрость, Ловушки, засады и потайные укрытия. В том, что однажды на острове объявятся настоящие пираты, дед не сомневался ни минуты. Должен же когданибудь хозяин этих несметных сокровищ вернуться за ними! Или приплывут наследники пропавших хозяев. Не просто так ведь, для морального удовлетворения или жертвоприношения, годами копилось это золото, серебро и драгоценные камни. И если суровая кара закона не настигла безжалостных морских разбойников в открытом океане или на эшафоте, то они обязательно приплывут когданибудь за своей долей добычи. Поэтому Степанов стремился хорошо подготовить гарнизон к грядущим схваткам, и в обучении навыкам рукопашного боя был неутомим. Он давно понял, что молодой француз частенько держал в руках шпагу и клинок, но в руках жидковат, а этот полковник, как он сам себя величал, с холодным оружием практически вообще не знаком.
«Однако