Одиссея полковника Строганова. Трилогия

рук дикаря занесенное над юнгой копье, вторым – разрубил пополам татуированную рожу самого каннибала. Ротмистр, отстрелявшись, оставил пост на стене, и вдвоем россияне довольно быстро переколошматили туземцев, оказавшихся на крепостном дворе.
Но пока они разбирались с попавшими в западню дикарями, еще целая группа чернокожих агрессоров взобралась на хлипкую изгородь. Теперь в ловушке оказались сами обороняющиеся, а цитадель могла стать их братской могилой. Как спастись? Положение гарнизона стало отчаянным. Но выход нашелся. Ротмистр увлек товарищей к угловой башне. Защитники крепости бросились к этой своеобразной цитадели, взобрались внутрь и затянули наверх хрупкую лесенку. Гарнизон получил минутную передышку, однако ни запаса пуль, ни пороха под рукой не было, только два заряженных ружья и пистолет.
– Если дотянем тут до темноты, то будем прорываться к вершине, к орудию, – предложил Серж. – Чуток передохнем, пусть Ги придет в себя после удара.
– Нет, все нормально. Я готов сражаться даже сейчас, – горячо возразил юнга, слегка заикаясь от полученной контузии. – Я уже могу крепко держать шпагу.
Строганов с сомнением оглядел измазанного кровью парнишку, заметил разбитую голову, кровоточащую рану на плече, царапины по всему телу. Сам он получил только один легкий укол копьем по касательной, а вот старый рубака ротмистр Степанов был цел и невредим. Старик рассмеялся, видя в глазах более молодого товарища искреннее удивление тому, что этот русский офицер, годящийся ему в деды, совсем не пострадал в сражении.
– Не удивляйся, я меньше вашего рубился, к тому же у меня большой опыт абордажных схваток! – пояснил старик.
Тем временем коварные дикари не сидели сложа руки. Они развели за изгородью большой костер и начали забрасывать башню пылающими головешками. Она долго не желала загораться, головни отлетали назад, а тлеющие прутья наши бойцы затаптывали ногами. Тогда шайка, рассвирепевшая от этой неудачи, взялась подтаскивать горящий хворост и сухую траву под самые стены.
– Ну вот, теперь из нас будет самое большое и замечательное в этом мире жаркое! – невесело пошутил Сергей. – Эти повара туго знают свое дело.
– Ну, это вряд ли, – усомнился Ипполит. – Я вам, ребята, еще не все рассказал и показал. Остались коекакие секреты! Из этой башни идет потайной ход, сделанный мной года два назад. Лаз этот очень узкий, но, я думаю, даже вы, граф, проползете и не застрянете. Он начинается внизу, у основания деревянных опор.
Старик спустился вниз и, кашляя от едкого дыма, принялся отгребать руками верхний слой песка. Под присыпанными землей сухими пальмовыми листьями оказалась крышка люка, сделанная из грубо сколоченных досок. Втроем они быстро подняли его и спустились по очереди в нору, покинув крепость. Да, она пала, но это была пиррова победа дикарей. Слишком большие потери они понесли во время успешного штурма.
Последним полз Сергей, который прикрыл за собой отверстие маскировочной крышкой, пристроив ее точно так же, как она и лежала ранее. Стены башни охватили красные языки пламени, а черный дым застилал весь двор. Друзья ушли вовремя.
Потайной ход заканчивался в одной из глубоких ям, прикрытой плотной сеткой, сплетенной из лозы. В ловушке никого из незваных гостей не было, в том смысле, что в нее еще ни один дикарь не провалился и не был нанизан на острые колья. Троица прокралась на дно ямы и затаилась. Гдето в стороне слышались разговоры на неизвестном наречии, о чем шла речь, можно было только догадываться.
Строганов присел на корточки, а юнга взобрался ему на плечи и взял в руки клинки. Сергей потихоньку осторожно распрямился, это было опасно, качнись он чутьчуть, и балансирующий на нем Гийом непременно свалился бы на колья. Юнга выглянул из ямы, осмотрелся и зашептал друзьям:
– Рядом никого нет. Дикари в стороне, за колючим кустарником.
Гийом аккуратно отодвинул переплетенные ветви, прикрывающие яму, песок просыпался вниз, запорошив стоящих на дне беглецов. Выбравшись на поверхность, юнга протянул руку, Сергей подсадил Ипполита и подтолкнул его наверх. Потом оба товарища подали ему руки и с трудом, пыхтя от напряжения, вытяну ли наружу высокого, атлетически сложенного полковника.
– Граф, я вам урежу порцию мяса! – прошипел, едва отдышавшись, ротмистр сердитым голосом. – Жопу изволили наесть, как кабан!
Во дворе форта послышался треск обрушившейся догоревшей башни. Сразу же раздались радостные крики, которые вскоре сменились воплями разочарования и гнева – добыча не поджарилась, а исчезла! Видимо, банда людоедов уже обнаружила, что оборонявшиеся бледнолицые сумели бежать. Сейчас дикари кинутся на их поиски, значит, времени на отступление в обрез.