Эта книга — о нашем соотечественнике, который отправился в обычную служебную командировку, а его занесло за тридевять земель, в тридесятое царство, в доисторическое, родоплеменное государство. Кем он только не побывал! И вершителем истории, и монархом на таинственном острове, и спасателем кругосветной экспедиции…
Авторы: Прокудин Николай Николаевич
согласился отдать гостю и эту девицу.
Купленные туземки без слез и причитаний послушно, не говоря ни слова, залезли в тримаран, даже не пытаясь взять какиенибудь личные вещи. А какие могли у них быть вещи? Туфельки? Тапочки? Сумочки? Косметички? Не было у них ничего своего.
«Ладно! Сами приоденем и обуем на корабле! – подумал Серж. – Ура! Задачи выполнены, все цели достигнуты, теперь главное – без драки вернуться назад». Пока полинезийцы были заняты дележом только что полученного добра, им было некогда обращать внимание на гостей, и путешественники, воспользовавшись возникшей суматохой, быстро отчалили. Они гребли изо всех сил, но как только оказались за пределами досягаемости копья или стрелы, скорость сбросили и поплыли спокойно.
Наслаждаясь победой над старым вождем, Гийом и Строганов переговаривались между собой, шутили и смеялись. Сергей был безгранично счастлив, он пожирал глазами южную красавицу, подмигивал ей, произносил ласковые слова, а та в ответ лишь испуганно улыбалась, смущенная его вниманием. Вторая девица была безмолвна и, казалось, безразлична к своей участи. Ну да и бог с ней, не понимает своего счастья, еще будет благодарить за то, что вывезли с затерянного острова и замуж выдали. Конечно, ее можно понять. Кому понравится, что тебя меняют, словно вещь, на ложку и стакан.
Экипаж радостно встретил переговорщиков, вернувшихся с «богатой добычей». Протрезвевший и оклемавшийся от ран, полученных в недавнем бою, казак Кузьма стыдливо прятал глаза, улыбался и изо всех сил старался помочь при швартовке и разгрузке тримарана, а ротмистр Степанов, приобретя еще трех новых членов экипажа, радовался как дитя. Конечно, теперь кораблем будет гораздо легче управлять! К освобожденным от пиратского рабства Мими, Куа и Лоло прибавились красавица Солу, приглянувшаяся полковнику Строганову, и юная Такэ. Туземный матрос был уже снабжен новенькой набедренной повязкой и перестал мучаться в непривычных для него брюках, а от обуви абориген отказался наотрез. Парнишке растолковали, что девушка, взятая на борт корабля вместе с Солу, предназначена для него, он смутился, потупил глаза, но отказываться не стал.
Путешественники подняли якорь, развернули паруса, и дерзкое плаванье дилетантов продолжилось. Ипполит Степанов и Строганов построили экипаж и выступили с речами. Кроме оживавшего на их глазах Кузьмы, их смысла толком никто не понял, даже Гийом, но это было не важно. Главное – начать с торжественного ритуала, а затем продолжить прочие меры по наведению порядка и укреплению дисциплины. Командиры решили построения узаконить и систематизировать, сделать их ежедневными – утром и вечером.
Степанов взял бумагу, перо, чернила, записал для памяти имена туземной части экипажа, громко назвал каждого аборигена и остался недоволен вялыми и нестройными ответами. Он повторил процедуру, и на сей раз экипаж ответил гораздо лучше. Туземцы поняли, что от них требуется, услышав свое имя, ответить громким выкриком «я!». Ротмистр радовался, наконец он стал настоящим капитаном корабля, и команда у него почти образцовая. Конечно, с ними еще придется повозиться, но через неделюдругую подчиненные будут хорошо понимать все приказания.
Вечером Сергей и Ипполит долго ломали голову, пытаясь определить, где же они, в самом деле, находятся сейчас. С навигационными приборами ротмистр был знаком, но многое забыл за годы робинзонады и сейчас с трудом восстанавливал штурманские навыки. Поэтому определение местоположения корабля осуществлялось попрежнему – на глазок. Насколько Строганов помнил карту мира, они сейчас болтались приблизительно гдето в районе Маршалловых островов с погрешностью до одной тысячи миль в любую сторону.
Прошло несколько дней. Гостеприимный остров давно уже скрылся из вида, когда корабль вдруг практически остановился. Наступил полный штиль, и это не предвещало ничего хорошего. Обычно после такого безветрия начинались сильные ураганы и шторма. Двое суток паруса безжизненно висели на мачтах, стояла нестерпимая духота, которая буквально сводила с ума русскую часть экипажа. Обильный пот, выступавший по всему телу, не способствовал любовным утехам.
На борту «Кукарачи» состоялась брачная церемония, предназначавшаяся в основном для девушки, капитан корабля объявил Сергея и Солу мужем и женой. Кузьма Худойконь, опытный в этих делах еще с пугачевских времен, провел обряд крещения, в результате которого Солу стала Степанидой, такое вот православное имечко он выбрал туземке, или ласково Степкой, Стешкой. Прочие пары от бракосочетания воздержались.
