Одиссея полковника Строганова. Трилогия

буквально выворачивало наизнанку, пища в один момент покинула его желудок.
Но сегодня им повезло. Эпицентр бури прошел стороной, лишь немного потрепав корабль. Шторм внезапно начался и продолжался недолго.
«Могло быть и хуже», – философски рассудил ротмистр и приказал экипажу браться за дело. Паруса общими усилиями опять поставили, поправили снасти, и «Кукарача» продолжила плавание. Трудно винить природу в человеческих несчастьях. Она ведь озорует и показывает свой норов неосознанно. Человек же действует осмысленно и целенаправленно, готовит подлости умело, с понятием. Так что главный враг человека – сам человек. От него все беды. А жизнь чаще всего бывает в полоску: черная, белая, опять черная… Светлая полоска обычно бывает гораздо уже и короче темной.

Экипаж парусника едва оправился от потрясения, как на горизонте показалась темная точка, которая росла и стремительно приближалась, словно ктото гнался за корветом. Ротмистр Степанов метнулся к капитанскому мостику, направил подзорную трубу на точку и убедился, что это корабль. Его государственную принадлежность наши путешественники долго не могли определить изза большого расстояния, наконец с трудом разглядели британский флаг.
Сергей с тревогой смотрел на чужие паруса. «Кто там, на борту? – думал он. – Самое худшее – это встретить английских пиратов, прикрывающихся вымпелом военного флота, потому что у них есть негласная „лицензия» адмиралтейства на флибустьерство. Того и гляди возьмут на абордаж. Тогда расправа будет короткой, мужиков повесят, а с аборигенками поступят именно так, как и положено поступать с подобной добычей. Но зачем сразу думать о плохом? Возможны ведь и другие варианты. Лучший из них – это настоящее английское торговое судно. В этом случае пушками нашей «Кукарачи» мы его так пугнем, что эти англосаксы будут до самой Британии медвежьей болезнью мучиться. А если этот преследователь настоящий военный корабль, тогда перспективы туманны. Топить нас не станут, но арестовать вполне могут, для выяснения личностей членов экипажа. А где можно это выяснить? Все в той же Англии. Не хочется плыть закованным в железо, в душном трюме на опознание в недружественную страну. Даже если не в кандалах, а под «домашним арестом», в каюте – тоже перспектива не из лучших. Как ни крути, быть узником не хочется, даже и в комфортных условиях. Свобода – вот главная ценность в жизни человека».
– Итак, господа, это действительно англичане, будь они неладны! Вижу название – «Плимут», по тоннажу это судно больше нашей «Кукарачи», и вооружение его мощнее, – пояснил Степанов, разглядев в подзорную трубу все в деталях. – Кажется, это военный корабль. Нашего француза Гийома они, наверное, сразу утопят, а вот мы, вероятно, будем насильно интернированы.
– И баб наших отнимут, – поддержал его пессимистические прогнозы Худойконь.
– Взглянут на твою рожу, Кузя, и могут запросто на рею отправить, – решил подлить масла в огонь Строганов. – В зеркало посмотри и сразу поймешь, почему я так думаю. Пират пиратом.
Ипполит хмуро оглядел впавших в уныние членов экипажа и решил, что пришла пора брать командование в свои руки.
– Как я понимаю, ни у кого нет желания сдаваться на милость победителей? Выше головы, господа! Без боя мы не сдадимся! Предлагаю продать наши шкуры подороже. Все согласны вступить в решительный бой? Мужчины кивнули в знак согласия.
– Слушайте, что я придумал. Все парусное вооружение приводим в действие и набираем ход. Все пушки заряжаем, но бойницы не открываем. Мы – простые путешественники и торговцы. Дальше действуем по обстоятельствам. Если они продолжат нас преследовать, попытаются остановить, станут лишние вопросы задавать, тогда ответим. Пошлем им наш горячий привет! Поздороваемся с огоньком! Одного бортового залпа хватит, чтобы их ошеломить, затем я закладываю штурвал и беру лево на борт. Пока они очухаются, мы уже будем идти обратным курсом. Юнга, ты с туземцем и тетками к парусам! Как только громыхнет последнее орудие, ставь их на разворот! Потом, не мешкая, заряжать орудия правого борта.
– Дядя Ипполит, а что будет, если они подойдут к нам с левого борта? – решил уточнить Гийом.
– Тогда план действий меняется на другой, прямо противоположный. Стреляем с левого борта, а поворачиваем вправо.
– А что будет, если… – попробовал еще чтото уточнить юнга, но ротмистр резко оборвал его:
– Все не предусмотришь! Надо слушаться меня в бою, и хватит болтать!
Суда быстро сближались, англичане уже сигналили флажками, чтобы «Кукарача» замедлила ход.
– Кузя, заряжай живее орудия правого борта!