Эта книга — о нашем соотечественнике, который отправился в обычную служебную командировку, а его занесло за тридевять земель, в тридесятое царство, в доисторическое, родоплеменное государство. Кем он только не побывал! И вершителем истории, и монархом на таинственном острове, и спасателем кругосветной экспедиции…
Авторы: Прокудин Николай Николаевич
нас пока не заметили.
Сергей быстро натянул штаны, рубаху, сапоги и тихонько вышел на палубу, осторожно ступая по скрипучим доскам. У левого борта стоял Худойконь, который пристально вглядывался в белую пелену. Клубы влажного прохладного воздуха парили, да так плотно, что возникало ощущение, словно оба корабля прошли сквозь огромный ком белого хлопка.
Противник был и в этот раз в худшем положении, потому что не подозревал о близком присутствии русских. Да и вообще англичане так толком и не уяснили, с кем имеют дело, под каким флагом ходит корабль, расстрелявший их накануне, что за экипаж на судне, много ли орудий. А наши путешественники знали, с кем имеют дело. Спасти их мог, как и раньше, лишь мощный, внезапный упреждающий удар.
Друзья быстро разбудили ротмистра и всех женщин. Серж шепотом поведал товарищам о своем замысле, он предложил стрелять под уровень ватерлинии и попытаться с первого залпа утопить военный корабль британцев. А если не утопить, то хотя бы заставить остановиться, прекратить преследование.
Ипполит был не согласен, он предпочел бы отвернуть вправо и уйти в сторону, от греха подальше.
– Зачем лишний раз дергать смерть за усы? Во второй раз этот же номер может не пройти. Один верный выстрел британцев – и одного из нас уже нет на свете! А нас и так всего четверо! Нет! Лучше уклониться от боя, чем героически погибнуть. Я против! Лучше тихомирно отчалить.
Серж ожидал именно такой реакции старого вояки и задал ему прямой вопрос:
– А вдруг при повороте хлопнут на ветру паруса? Тогда противник услышит и догадается, что добыча уходит изпод носа! Британцы начнут лупить наугад нам вслед.
Степанов крепко призадумался и, наконец, согласился с доводами Сергея. Действительно, риск быть обнаруженными весьма велик. Обычно при поворотах руководить работающими наверху туземками приходилось при помощи ругани, именно этот набор слов они понимали лучше всего. А как ими командовать без привычных доходчивых выражений?
Вскоре очнувшийся от раздумий Степанов внес существенную поправку к крайне рискованному плану полковника:
– Пусть будет так. Только одно дополнение. Делаем залп, перезаряжаем орудия и одновременно бросаем якорь. Надеюсь, зацепимся за грунт. Пусть они проследуют слегка вперед, а мы повернемся правым бортом и добьем их!
Все согласились и направились к орудиям, на ванты пока никто не полез, незачем. Гийом тихо отворил первую бойницу и перебежал на цыпочках ко второй. Остальные мужчины осторожно выкатили пушку на огневую позицию, атаман прицелился, хотя тут и целитьсято было особо нечего, битьто в упор, запалил фитиль и произвел выстрел. Все переметнулись ко второму орудию, затем к третьему. На английском фрегате засвистели боцманские дудки, заиграли боевую тревогу. Не повезло британским ребятам, проспали.
Когда наши канониры выкатывали на огневую позицию последнее орудие, юнга и ротмистр Степанов были уже у якоря и быстро сбросили его в воду. Маневр вполне удался. На глубине около полусотни метров якорь за чтото зацепился, видимо, гдето тут начиналась отмель. Корабль замедлил ход, его понесло по дуге, корма пошла вперед, и английское судно действительно вновь оказалось в секторе обстрела. В просвете тумана на минуту показался силуэт парусника. Снова началась стрельба, и опять атаман Худойконь был на высоте. Что ни выстрел, то в самую тютельку. Пятый был самым удачным, удачнее быть не могло. Ядро, вероятно, попало в камеру порохового погреба. Корабль противника взрывом раскололо пополам, доски и щепы взметнулись в воздух и вернулись на морские просторы древесным дождем. Оторвавшаяся от британского судна носовая часть задралась чуть вверх, снасти жалобно скрипнули, рваные края досок заскребли обломками о другие рваные края, и половина корабля за одну минуту ушла под воду, а пылающая корма еще некоторое время продержалась на поверхности, плавно погружаясь в пучину.
Эта медлительность спасла жизнь нескольким морякам. Три матроса умудрились молниеносно спустить шлюпку на воду и прыгнуть в нее. Еще восемь человек, барахтавшихся в волнах, успели взобраться в лодку. Раненым и тем, кто оказался далеко от спасательного средства, пришлось принять мучительную смерть. Туман, безбрежное море, соленая вода. Такой вот финал!..
Последствия катастрофы наши путешественники увидели совсем близко, потому что якорь сорвался с поверхности рифа и их понесло к горящим обломкам военного парусника. Одного барахтающегося в волнах англичанина они решили вытащить и допросить, кинули веревку, за которую уцепился ближайший
