Одиссея полковника Строганова. Трилогия

рабстве и их не собираются съесть в голодное время.
Неожиданно Строганов тоже нашел себе занятие, но об этом будет отдельный рассказ.

Так чем же занимался в свободное время Сергей? В это трудно поверить, но он обнаружил на судне настоящую библиотеку, состоящую из книг, скорее всего, захваченных пиратами на разграбленных кораблях. Возможно, разбойники использовали их страницы как туалетную бумагу, но не исключено, что в команде имелись образованные люди, которые понимали ценность этих книг. Строганов окунулся с головой в чтение ветхих манускриптов, древних фолиантов, раритетных печатных изданий и рукописей всех стран мира, позабыв даже про любовь.
Преимущественно это были английские и французские книги, но попадались испанские, немецкие, португальские, голландские, а в этих языках он был не силен. Каждый том весил несколько килограммов! Но здесь были не только книги в толстых кожаных переплетах, с медными или металлическими застежками на обложках, имелось и несколько свитков, испещренных китайскими или японскими иероглифами. Серж сразу отложил их в сторону, так как шансов расшифровать загадочные загогулины у него не было никаких. Наиболее редкие книги полковник аккуратно перекладывал с места на место, отряхивал от пыли, читал заглавия, фамилии авторов, интересовался годом и местом издания.
Если честно, то по большей части получалось так, что Строганов выдавал желаемое за действительное. Он только притворялся, будто понимает тексты. Конечно, он свободно говорил поанглийски, писал и читал тоже неплохо, но это был английский начала третьего тысячелетия нашей эры, а книги из пиратского собрания относились к восемнадцатому веку, а то и к намного более ранним временам! Даже некоторые буквы, встреченные в этих фолиантах, были ему незнакомы, а что уж говорить о содержании томов! Как можно понять смысл этих философских трактатов? Для того чтобы современный человек был в состоянии читать такие книги, нужна была специальная подготовка, определенный уровень образования. Строганов впервые пожалел, что он не профессор филологии, не полиглот.
Чем дольше полковник читал названия томов, принадлежащих перу неизвестных ему ранее авторов, повторяя с упоением их таинственные фамилии, тем больше радовался тому, что имеет возможность прикоснуться к истории человеческой мысли. Его переполняла гордость за успешные результаты своего необычного путешествия. Дальше оглавления он практически не забирался и, читая по слогам, быстро терял смысл ранее освоенного текста. Очень много книг было на латыни и древнегреческом. Не исключено, что среди фолиантов присутствовали утерянные для современной науки труды Плиния, Плутарха, Клавдия Птолемея и многих других историков и мыслителей. Как знать…
В одном сундуке оказались исключительно библии, старинные и совсем новые, а также другие религиозные книги, хозяева которых давнымдавно пошли на корм морским рыбам. Их набралось девяносто семь штук. Серж начал вести реестр, записал туда названия чуть больше сотни исторических и художественных романов, нескольких философских и медицинских трактатов, свод испанских законов, манифесты французского короля и описание жизни шотландских монархов. О содержании многих книг наш полковник догадался по иллюстрациям и гравюрам, вшитым в переплеты.
Сколько же кораблей пустили на дно пираты? Откуда такое богатое собрание литературы? Неужели они ограбили королевскую национальную библиотеку? Нет? Но не купили же они все это на книжных развалах! Значит, корсары неспроста складировали такое добро, ктото из них знал цену этим редким фолиантам, иначе откуда в трюме столько замечательных изданий? Ведь тут не только напечатанные, но и рукописные труды! Чтобы собрать подобную библиотеку, нужен был настоящий интеллектуал.
Рукописи Строганов даже и не пытался разобрать, в них сам черт ногу сломит! «Ну ладно, доставлю все это на твердую землю, спрячу в надежном месте. Пройдут столетия, ученые их найдут и расшифруют. Боже, чего тут только нет!» – подумал Серж, взяв в руки одну из библий. На ней виднелась надпись с фамилией издателя – Гуттенберг. Серега был не в силах скрыть своего восторга.
– Гуттенберг! Не может быть! Библия издана и напечатана самим Гуттенбергом! Ей в наше время цены нет! – не выдержал Строганов. – Эх, вас бы, книжечки, да на какойнибудь аукцион! Даже не все, а лишь одну, и легкая беззаботная жизнь обеспечена на долгие годы. Одна эта редчайшая библия ценнее всего золота и жемчуга, которые, словно скупой рыцарь, с маниакальным постоянством осматривает и ощупывает в сундуках