Эта книга — о нашем соотечественнике, который отправился в обычную служебную командировку, а его занесло за тридевять земель, в тридесятое царство, в доисторическое, родоплеменное государство. Кем он только не побывал! И вершителем истории, и монархом на таинственном острове, и спасателем кругосветной экспедиции…
Авторы: Прокудин Николай Николаевич
Видали мы таких русских, шпиены проклятые! Какие вы люди? И вот этот волосатый тоже людь?! Отойди – стреляю!
Строганову было искренне стыдно за отсутствие толерантности у пожилой соотечественницы. Хотя не далее как несколько дней тому назад он и сам едва не умер от страха при виде явившегося в гости Снежка.
– А это, бабушка, наш российский снежный человек, свой парень! Он даже гражданин России! Национальное достояние, можно сказать! И у него, между прочим, и паспорт есть, и свидетельство о рождении, и трудовая книжка – все чин по чину! Любые необходимые документы имеются!
А Денщик, попрежнему потирая ушибы, простонал:
– Протестую! Безобразие! Вы меня, сударыня, едва не покалечили этим бревном! А я хотел вас спасти от инфаркта…путем прямого массажа сердца, такто вот.
Бабка недоверчиво хмыкнула, указала корявым пальцем на Гийома и не без ехидства спросила:
– И этот чернявый, скажешь, тоже русский? Или еще один нашенский «снежный мужичок»?
– Нет, он Гиви Манюлия. Но, честно говоря, это француз. Однако у него имеется русский паспорт. Он, правда, родился двести лет тому назад…
Старушка вздохнула и повертела указательным пальцем у виска, выражая жестом отношение ко всему услышанному.
В это время, пока мужчины вели переговоры, Стеша вышла из укрытия подошла к крылечку и попалась на глаза хозяйке дома. Увидев ее, старуха снова накинулась на незваных гостей:
– Сами чучелами ходите, не моетесь, не бреетесь, так еще и над девкою молодою изгаляетесь! Рази так можно? Измываетесь над дитем! А ну, поглянь, до чего довели бедную, она ажа почернела, словно головешка! Ироды окаянные! Бродяги шалопутные!
Старушка погрозила сухим кулачком всем мужчинам по очереди, шустро вышла из своей «крепости» и, ковыляя, поспешила навстречу девушке.
– Милая, до чего же ты стала черна во время скитаний! Как же тебя теперь отмыть, горемыка ты моя? Придется баньку истопить! Чего ж ты по лесам с тремя мужиками шляешься? А!? Рази это достойное занятие для порядочной девушки?
Стеша испугалась шумным нападкам хозяйки и спряталась за спиной Строганова, пытаясь спастись от неуемного сочувствия старухи. Однако охи и вздохипо поводу судьбы горемычной девушки только усилились.
– Оглоеды! Туристы проклятые! Шатуны, бездельники, пьяницы! Спасу от вас совсем не стало! Фулиганье! Пожгли все охотничьи зимовья в округе! Зачем приехали, шалопаи?
Строганов сделал протестующий жест рукой, желая прервать бурный словесный поток.
– Бабушка! Дело обстоит как раз наоборот! У нашего друга Славана, которого вы недавно так безжалостно огрели своим дрыном, эти залетные негодяи спалили жилище. А там его отец все научные труды хранил.
– Аа! Избу ученого чудака? Николы Денщика? Так ты, верно, его ненормальный сынок, про которого столько слухов ходило по району? Бабы в поселке судачили, что ты сумасшедший или вроде того! Врали поди! Вижу, что похож на человека, только вот больно волосатый!
Строганову вновь стало неловко за бесцеремонную старуху.
– Бабушка! Не обижайте нашего друга… На него и так свалилось горе.
Старуха помолчала, достала из кармана дырявого кожуха очки, оглядела честную компанию и отбросив сомнения, милостиво пригласила всех в дом.
Чувствуя некоторую робость, пестрая компания несмело переступила порог. В доме Сергей с любопытством, огляделся. Неказистая избушка «на курьих ножках» внутри оказалась довольно просторной изза полного отсутствия мебели. Не было здесь ни электричества, ни газа, ни телевизора, ни холодильника. Современная цивилизация, со всеми ее достижениями, явно обошла это место стороной. Строганов потоптался у порога, затем решительно поставил автомат на предохранитель, сунул его под лавку и, не ожидая приглашения, примостился на лавке. Спохватившись, бабка пригласила непрошенных гостей за стол.
Старушенция засуетилась, сказала: «Чем богата»… и принялась подчивать гостей. Соленые грузди и рыжики, рыба собственного засола, отварная картошка, хрустящие огурчики, и на запивку – кувшин брусничного морсу. Гости с удовольствием оценили разносолы.
– Бабуся! Это что, «таежный тупик»? Здесь готовили серию материалов для газетных статей? Это скит? Вы, верно, из староверовкержаков? – полюбопытствовал с ухмылкой Строганов.
– Сам ты – «тупик»! Эх, ты! Залетный проходимецлихоимец! И с чего ты взял, что я какаято сектантка? Нет, я нормальная православная женщина, так сложилась жизнь, что живу бобылихой. А что, в твоем большом городу, скажешь, нет одиноких старушек? Сколь угодно! Тыщщы! Вот и по таежным лесам наверняка живут такие, как я!
Итак, пока оголодавшие гости ели, хозяйка поведала им о своей жизни.
