Одиссея полковника Строганова. Трилогия

– воскликнул капитан. – А я, повторюсь, капитанлейтенант Уильям Блай, капитан этого корабля. Пусть это и не гордость английского королевского флота, но посудина что надо! Построена в тысяча семьсот восемьдесят седьмом году.
– В каком году? – поразился услышанному Сергей.
– В тысяча семьсот восемьдесят седьмом! Вы, приятель, взошли на палубу трехмачтового шлюпа! Команда – пятьдесят моряков! Вот этот молокосос – штурман, лейтенант Флетчер Кристиан, это мичман Янг. Хехе! Этот – костоправлекарь Томас Ледворд, – не умеет даже пиявки поставить, не говоря о клизме!
– Позвольте, сэр! Я хирург!..
– Молчать! Я капитан корабля, царь и бог на судне! Клистирную трубку тебе в душу! Запорю! Боишься? Тото же! Гмгм. Вот этот с зеленой физиономией – собиратель трав и насекомых Дэвид Нельсон. Не знаю, отчего я до сих пор не вышвырнул его за борт? И зачем мне его лорд Монтэгю Сандвич навязал? Бездельник и дармоед!
– Сэр! Я вас попрошу выбирать выражения! Я действительный член Лондонского королевского географического общества! Вы невежда и грубиян! Ваши шуточки у экипажа в печенках сидят!
– Ах ты каналья! Дерзишь! Ну ладно! Сам виноват! Боцман! Ботанику рома сегодня не давать! Все по местам! Разойдись! Вы, Флетчер, можете остаться.
Команда мгновенно исчезла, одни спустились в трюм, другие вскарабкались на мачты, третьи скрылись в каютах. Капитан взял под руку спасенного путешественника и повел в каюткомпанию.
– Вы, верно, голодны, СержИоанн?.. Фу ты, право, фамилию сразу не усвоить. Запамятовал, вы сказали Строганофф?
– Верно, Строганов! Племянник графа Строганова, – пошутил Сергей.
– О! Значит, тоже граф! Милости прошу, откушаем, чем бог послал. Боже, храни короля и королеву! Ура!
– Ура… – вяло откликнулись Флетчер и Строганов.
Сергей говорил машинально, почти ничего не соображая, он был растерян и подавлен, не мог понять, как себя вести, рассмеяться далеко зашедшей шутке, поддержать и продолжить ломать комедию или наконец проснуться?
– Тото же! К столу, джентльмены! – Капитан сел за стол, откупорил бутылку рома и налил полный бокал себе, гостю чуть меньше, а Флетчеру до половины.
Лейтенант, обиженный несправедливым розливом, вновь нахмурился.
– Ну, и как там в России? Холодно? Медведей много? Как вы их отгоняете от жилищ, с помощью собак? Расскажите, граф.
– Ох, господа! Какое у вас удивительное представление о России! Матрешки, балалайки, медведи, тайга, Сибирь. И что? Больше ничего не можете вспомнить?! Какой сегодня год?
– В Англии тысяча семьсот восемьдесят девятый от Рождества Христова! А в России? У вас другой календарь?
– Что?! – вытаращил глаза Строганов.
– Да! По европейскому календарю именно так. Новый год уже давно наступил! На дворе апрель!
– Не может быть! Вы шутите! – Сергей выпучил глаза на разглагольствующего капитана, переваривая нелепое сообщение. – Сегодня первое апреля?
– Нет, уже тринадцатое апреля! – ответил ученый.
Капитан, не замечая реакции спасенного графа, продолжал болтать:
– Вот вы, русские, в сторону Индии лезете зря! Индию не троньте. Зачем вам вести афганскую войну?
– Мы оттуда уже ушли. Афганская кампания завершилась. С интернационализмом покончено, – ответил Сергей, памятуя об окончании той бессмысленной войны.
– Верное решение приняла императрица Екатерина! – обрадовался капитан.
Выпив бокал рому на голодный желудок, Серега опьянел. Он насадил на двузубую вилку кусок отвратительной солонины и начал жевать, мрачнея на глазах. Невеселые мысли посетили его.
«Тысяча семьсот восемьдесят девятый год! Угораздило заплыть! А может, это шутка? Розыгрыш? Скрытая камера? Чтото не похоже. Они не выглядят современными людьми, и воняет от них, как от бомжей! Как же это так получилось, что меня забросило на двести пятнадцать лет назад?»
Сэр Уильям вновь налил, стоя выпили за короля Георга и русскую императрицу Екатерину. Виват! Сергей пил, ел и разговаривал автоматически, а сам все размышлял. И было о чем… Проглотив еще порцию огненного напитка, Сергей с шумом рухнул на лавку, доел мясо и, сославшись на усталость, попросил дать ему возможность гденибудь отдохнуть.
– Да! Хорошо! Конечно! Кристиан, проводите его к себе! Пусть отдохнет в вашей каюте. Поговорим за ужином. А я посижу, подумаю, как нам быть дальше.
Сергей двинулся вслед за лейтенантом, шаркая ногами и покачиваясь из стороны в сторону. В голове был туман, мешанина из самых разных мыслей. Он разулся под пытливым взглядом любопытного штурмана. Тот удивился диковинной одежде чужестранца. Затем спасенный россиянин махнул рукою и рухнул в предложенный гамак. Лейтенант вышел и затворил дверь каюты.