Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
сейчас у нас будет картинка со спутника. А ты думал, для чего мне нужен повышенный уровень допуска? Ладно, теперь вооружайся ломом. Помнишь, как я делал в госпитале? Здесь такая же система.
Картинка со спутника появляется в тот момент, когда я крушу ненужную уже автоматизированную панель «Феникса». Фридрих Штейнмаер пришел бы в ужас от того, что я собираюсь делать, но выхода у нас нет. Мы или попытаемся увести эту ядерную смерть или будем дожидаться, когда она уничтожит Ориму.
В правом верхнем углу поля зрения появляется снимок со спутника. Разворачиваю нечеткую картинку, увеличиваю масштаб до максимально возможного.
— Ничего себе!
Стрельба на Императорской площади прекратилась, хотя у Генштаба и возле стадиона Ориматимс развернулась настоящая мясорубка. На размытом снимке отчетливо виднеется пятиугольная громада колосса, обшивка кое-где повреждена взрывами, вертушку с крыши, наверное, тоже смело выстрелом. Но по-настоящему потрясла меня крошечная фигурка на разрушенном парапете фонтана. Зэйро замер, раскинув руки в стороны – интересно, так ему легче или это просто попытка деморализовать противника? Типа, смотрите, я даже безоружный сильнее всех вас вместе взятых.
Ты не комментируешь выпендреж морфоида, который в этот момент спасает наши жизни, но я знаю, что ты хочешь мне сказать. Эти существа настолько сильнее нас, что глупо даже думать о совместном равноправном существовании. Нас просто рано или поздно сожрут. Когда закончится эта война, ослабленная Оримская армия уже не встанет нерушимым щитом между мирами Перекрестка и иномирской угрозой. Нарьягов хотя бы было мало, и их сдерживала допотопная религия. А эти твари принесут гибель человечеству.
— Может хватит рефлексировать, Дан? Ты собираешься истечь кровью, переживая о судьбе мира?
Черт! Ломик с лязгом падает из ослабевших пальцев, искореженная панель уже вся в крупных темно-красных каплях. Что со мной творится?
— Да. Да, Корд. Давай, говори, что делать!
— Закрывай все шлюзы и переборки между уровнями. Слева должен быть аварийный рычаг, нашел? Молодец! Запускай двигатели. А теперь самое сложное – нам придется вручную рассчитать курс.
Давящее ощущение в висках, сонм быстрых образов-галлюцинаций, твой тихий то ли шепот, то ли стон:
— Только бы ни с кем не столкнуться!
Почти у всех шаттлов, за исключением разработок последних пяти-шести лет, в портале отказывают радары. А мы еще и летим практически наощупь, довольствуясь снимками со спутника. Это чистейшей воды авантюра, учитывая, сколько бомб тащит в своем железном нутре «Феникс». Если столкнемся, да хоть краешком зацепит… рванет на два мира, портал схлопнется, необратимо исказив пространства обоих миров.
— Все будет хорошо, — говорю я. Рука на рукоятке скользит от пота, и весь я мокрый, как мышь.
Сканер пищит, оповещая, что мы вышли из портала в воздушное пространство Нарланда и в зону действия оримских ПВО. Оримские ПВО оповещены, но все равно внутри сжимает от страха, что могут напортачить. Окажется у орудий кто-то пугливый, пальнет для острастки… Не, лучше вообще не думать об этом! Так с ума сойти недолго, а мне и без того есть о чем беспокоиться: я не знаю о судьбе своего отряда, ребята не вернулись, да и Жано не пришел. То есть я, конечно, приказал ему сидеть на жопе ровно и охранять профессора, но беспокойный Веньяр просто не мог не припереться, когда началась атака снаружи.
Ладно, будем решать проблемы по мере поступления. Сейчас главное – посадить эту дуру, чтобы ни одна гребанная бомба не шелохнулась. На ручном управлении, без обзора, в нарландских песках. Зашибись! Правильно, что мое имя не стали сбивать со стелы!
— Да погоди ты психовать!
— Я не психую, я готовлюсь, — меня пробирает на смех, в глотке солоно из-за все еще текущей крови. – Если мы сейчас рухнем, и все полетит в тартарары, то… прости меня, Корд. За Вики прости.
— Ты уже просил за это прощения.
— Просил. Но не помню: ты меня простил?
— Простил, братишка, не переживай. Ты у меня герой! Давай посадим эту летающую машину смерти и отправим тебя в санбат.
— Надо еще расхреначить ту штуку, — вспоминаю я.
— Какую штуку?
— С излучением. Ну, как наш «аквариум». Нельзя оставлять тут Звезду. Мы же можем это сделать?
— Думаю, да, если хочешь. А потом тебя — к врачам, — строго повторяешь ты.
— Мне нравится этот план, — я сплевываю кровь прямо на пол, старательно борясь с головокружением. Нехило меня потрепало на этот раз! Но ничего, зато потом вернусь домой. Рагварн даст отпуск прийти в себя, и больше уж я не откажусь от заслуженной недели. Буду просто отсыпаться, не думая о войне. Отличный план, да!
— Снижаемся.
