Одна на двоих жизнь

Сбавляю обороты двигателей, сбрасываю скорость. Хотел бы я видеть пустыню своими глазами. Мы садимся в десятке миль от Нарголлы. Отсюда разворачивается отличный вид на Нар-Крид, белоснежные шапки вершин вот-вот порозовеют в лучах восхода. Но я вижу только серую съемку со спутника – над Нарландом он, кстати, меньше и слабее. Вдалеке виднеются какие-то крошечные точки – машины, БТРы, танки? Не разобрать. Как мухи, севшие на географическую карту.
— Всем пристегнуться, — говорю я неизвестно для кого. Есть у меня экипаж или мы с тобой одни на всем колоссе? — Посадка будет жесткой.
Тяну на себя ручку, одновременно заваливая «Феникс» на левый бок, чтобы подстроиться под рельеф местности. Вот и все, сейчас мы или взлетим, в смысле, к ангелам, или приземлимся и останемся живы. Шаттл начинает мелко вибрировать – зубодробительно, с тонким звоном. Я стискиваю зубы и уже двумя руками вцепляюсь в рукоять, боясь форсировать приземление и попросту уронить громаду в песок.
Зажмуриваюсь, все равно ничерта не видно, сердце колотится в висках, я как один сплошной нерв.
— Корд…
— Я с тобой. Все нормально. Нормально!
Колосс обрушивается на песчаный бархан, машину разворачивает почти на сто восемьдесят, кренит на правый бок, меня швыряет в стену, сканер слетает с моей многострадальной головы. Похоже, и этому сканеру пришел каюк. Да и черт с ним, главное, мы приземлились и остались живы! Ну, как тебе, Корд? Ты гордишься своим младшим?
— Горжусь, — смеешься ты, в кои-то веки искренним, счастливым смехом, — ты в порядке?
— Ага, — шмыгнув носом, утираю лицо рукавом и поднимаюсь на ноги.
Пистолет находится там, куда я его сунул – за поясом штанов. Пора осмотреть «Феникс», пока не подошел нарландский корпус. Интересно, как там Веньяр, и выжил ли еще кто-то из моего отряда?
Коридоры пусты, только трупы валяются там, где прошли Зэйро и мои бойцы. Лифт приветливо раскрыл двери, видимо, после падения охранная система окончательно рухнула, но и двигаться с места не хочет. Под потолком искрит проводка. Придется искать другой способ попасть на нижний уровень.
Бегу по коридору в сторону технических помещений, вариантов не так уж много – либо грузовой лифт окажется рабочим, либо придется спускаться по вентиляционной шахте. Ничего, прорвемся! Главное, остаться на ногах, а то что-то я устал. То и дело хочется зажмуриться, дать передышку глазам.
Спуститься оказывается еще проще, чем я думал – один из снарядов пробил переборку, наверное, еще тогда, когда Зэйро открыл шлюзы и вышел под огонь лефтхэнда. Штейнмаер предупреждал, что перегородки внутри слабые. Так что я просто спрыгиваю вниз, на уровень D.
А тут картина маслом – разрушенная лаборатория и тела, морфоиды, суморфы, люди в серой форме. Из живых – никого. Да куда ж они все делись? Остались вместе с Зэйро в Ориме?
Ладно, надо заняться обломками Звезды. Излучение тут не чувствуется, но, насколько я понимаю, без этой гадости «аквариум» не стал бы работать. Уровень D разделен на секции, не такие, как наверху, а большие, с внушительными кодовыми замками. Сейчас блокировка полетела, и я последовательно осматриваю секции, топчась на осколках стекла. Весь антураж здорово напоминает мне лабораторию под Нар-Крид. Вот таким же микроскопом я швырнул в первого в моей жизни суморфа. Наклоняюсь, чтобы поднять штуковину. Вот, даже маркировка такая же! А что, если таких лабораторий у них по всему миру еще с десяток? Из этой суморфов выпустили в Ориму, но вдруг есть и другие?
Негромкие шаги звучат уверенно. Кто-то идет, не таясь, по-хозяйски, словно это не я только что перегнал сюда проклятый колосс. Встречаю гостя наставленным на него пистолетом, Смит не дурак и тоже пришел не с пустыми руками. Несколько секунд мы молча целимся друг в друга.
— Вы, кажется, хотели о чем-то поговорить, мистер Райт?
На нем такой же, как и в первую нашу встречу, костюм. Похоже, все безопасники снобы, даже бывшие. Интересно, где этот сучоныш прятался?
— Только о том, что ты, мудак, предал родину! Ради чего? Чего они тебе наобещали-то, Смит?
Нет, все-таки Рэндел молодец, научил меня видеть то, что некоторые умеют мастерски скрывать. Стоило столько лет терпеть маленького майора с его высокомерным тоном и букетами, которыми он заваливал Танюшку. Зато теперь я вижу, что Смит разозлился. Глаза блестят нехорошим блеском.
— А ты разве нет? Не предал?
— Я служу Империи жизнью и кровью!
— На Заккаре тоже жизнью и кровью служил?
Вот сука!
— Ты же не думаешь, что сумел бы сбежать с Акваториума один?
Меня пробирает морозом по коже. Все было подстроено. Поэтому он меня не добил, поэтому подселил в соседнюю камеру Мегу